Озеро

Стояли последние дни сентября, когда без всяких видимых причин жизнь становится такой печальной.

"Как и память, поезд приходит и уходит. И он может вернуть вам все то, что вы оставили позади много лет назад."

Я медленно достроил дворец, потом поднялся и, не оборачиваясь, побрел прочь. Я не хотел верить, что он разрушится в волнах, как рушится все в этой жизни. Я медленно шел по пляжу туда, где, улыбаясь, ждала меня чужая женщина, по имени Маргарет.

Человек в 12 лет не так уж часто остается один. Вокруг столько людей, которые всегда говорят как и что ты должен делать! А чтобы оказаться в одиночестве, нужно сломя голову бежать далеко-далеко по пустынному пляжу. И чаще всего это бывает только в мечтах. Но сейчас я был один. Совсем один!

"Смерть не дает человеку расти или меняться. У нее всё такие же золотые волосы. Она навсегда останется юной, и я всегда буду любить её, только её..."

"Это была та любовь, которая приходит раньше всяких понятий о теле и морали. Эта любовь так же бескорыстна и так же реальна, как ветер, и озеро, и песок. Она включала в себя и теплые дни на пляже, и стремительные школьные дни, и вечера, когда мы возвращались из школы, и я нес ее портфель."

"Если вам 12, то на каждый свой зов вы ожидаете услышать отклик. Вы чувствуете, что любое желание может исполнится. И порой вы, может быть, и не очень далеки от истины."

"Вода - как волшебник. Она разрезает все пополам и растворяет вашу нижнюю часть, как сахар."

На следующий день мы уехали на Запад. У поезда плохая память, он все оставляет позади. Он забывает поля Иллинойса, реки детства, мосты, озера, долины, коттеджи, горе и радость. Он оставляет их позади, и они исчезают за горизонтом...

Вода — волшебница. Она разрезает все пополам и растворяет вашу нижнюю часть, как сахар. Холодная вода. А время от времени она набрасывается на вас порывистым буруном.

Я собирал в душе обрывки воспоминаний, как собирают в кучу осенние листья, чтобы сжечь их.

Одиночество достижимо только в мыслях. Вокруг так много реальных людей, диктующих тебе, что и как делать, что единственный способ побыть одному в своем собственном мире, с его миниатюрными ценностями, — это сбежать, хотя бы в воображении, на какой-нибудь пляж.

Даже пьяный не смог бы упасть на берег так изящно, как это делали волны.

Стоял сентябрь. Последние дни сентября, когда все вокруг по неизвестной причине преисполняется грустью.

У поезда плохая память, он всё оставляет позади.

Песок заполнил дорожку, которая вела к каруселям. Лошади стояли, укрытые брезентом, и вспоминали музыку, под которую они скакали в чудесные летние дни.

Она зашла слишком далеко, и озеро ее не отпустило.

Я сорвался с места. Под ногами крутился песок, ветер подхватывал меня и нес. Ну, вы знаете, как это бывает: расставишь руки и чувствуешь, как за пальцами тянется вуаль ветра. Вроде крыльев.

Если вам двенадцать, то на каждый свой зов вы ждете отклика. Вы чувствуете, что любое ваше желание может исполниться. И порой вы, может быть, и не очень далеки от истины.

Я...стал наблюдать, как набегают на берег и отбегают волны. Не размашисто. Аккуратно... Не всякий пьяный способен рухнуть на землю так изящно.