Маленькие, но интересные
ValeriyaGrozova
- 59 книг

Ваша оценка
Ваша оценка
Занятно, насколько все описания цирка в данном рассказе непохожи на типичное представление о цирке, как о развлекательном мероприятии. Что приходит в голову при слове "цирк"? Клоуны, шарики, веселье, жаждущие увлекательного представления зрители, шоу.
Так вот, электрический стул - это тоже шоу, элемент циркового представления. И на этом цирк заканчивается.
Потому что нет в описаниях ни капли той воздушной атмосферы увеселительного действа. Есть аттракцион, несколько фантастичный и поразительный по своей жестокости, если вдуматься.
Она регулярно добровольно садится на электрический стул, повинуясь воле мужа - или потому что может? Может быть Электрой, пропускающей через себя разряды тока на потеху ликующей толпе? Можно уловить в рассказе безвольное подчинение ревнивому мужу, согласие на пытку ради заработка, безропотность и привычку - это на поверхности. И поэтому в финале мы вроде бы должны пожалеть Электру - жертву в лапах хищника, у которой есть всего один выход убежать от жизни подневольной, - его она озвучивает в последней своей реплике.
А можно увидеть женщину, способную пропускать через свое тело молнии, женщину, вызывающую восхищение у масс, женщину, притягивающую все взгляды - в такой ситуации поневоле почувствуешь себя божеством. Я увидела ее. Ее, которая нашла Его, с таким же огнем внутри, Его, способного ловить искры с кончиков ее пальцев. Его для Нее.
Ее, способную поставить точку в истории с мужем-тираном, а не быть трепещущим зверьком в силках охотника, если бы Он был для нее больше, чем очередной мальчик, глядящий на Электру восторженным взглядом из первого ряда.
"Считай ты умерла", сказал Джонни. В который раз, интересно?

Надеюсь вернуться к рассказу чуть позже. По аудиокниге - минут 15 причитания женщины, что кто-то наверху тащит рояль. Ну и?
Чуть позже, видимо, чуть позже.

В ту ночь, закончив выступление, она отправилась на озерную пристань и, даже не оглянувшись, прислушалась и заулыбалась. Озеро дрожало там, где в него впивались опоры. Ярмарочные огни испещрили черную воду неверными, извилистыми дорожками. Под приглушенные вопли колесо обозрения без устали взмывало вверх, а вдали шарманка с надрывом пела «Прекрасный Огайо». Электра замедлила шаги. Она не спеша поставила вперед правую ногу, затем левую и уж только потом остановилась, чтобы обернуться. Рядом мелькнула его тень, и руки заключили ее в объятия. Прошло много времени, прежде чем она слегка отстранилась, разглядела его неомраченное, взволнованное, розовощекое лицо и сказала: "Да ты, я вижу, опаснее электрического стула!"