Сказка о Тройке - 1

Уже писала, что в юности творчество братьев Стругацких обошло меня стороной. В мае прошлого года, получив море положительных эмоций от книги  Понедельник начинается в субботу ,  выяснила, что есть продолжение про сотрудников НИИЧАВО , поэтому "Сказка о Тройке" была добавлена в вишлист.

Разыскивая электронную версию повести, обнаружила два варианта:

- первый более объемный, получил название "сменовского", так как был впервые напечатан в журнале "Смена", только через двадцать лет после его создания, в 1987 году;

- второй краткий, написанный в 1968 году специально для альманаха "Ангара", "подогнанный" под определенный журнальный "размер".

Согласно сетевым источником эти варианты отличаются не только объемом, но "героями, сюжетными линиями и финалом".

Итак, "сменовский" вариант.

В славном городе Китежграде, в Колонии Необъяснённых явлений обитают фэнтезийные существа и находятся волшебные артефакты. Поэтому туда и отправляются сотрудники Научно Исследовательского Института Чародейства и Волшебства (НИИЧАВО), чтобы получить нужный им для работы и исследования предмет или сказочную особь. Распределением и выдачей сказочных сущностей занимается Тройка по Рационализации и Утилизации Необъяснённых Явлений (ТПРУНЯ). Она же решает какие явления надо рационализировать, а какие утилизировать. 

В состав Тройки входят чиновники-бюрократы, проводящие бессмысленные заседания, и никак  не предоставляющие командировочным нужные им объекты, хотя заявки  были оформлены по всем правилам... 

"Сказка..." мне понравилась, но меньше "Понедельника". Написана повесть прекрасно: иронично, саркастично, аллегорично. Перлов, наверное, даже больше, чем в "Понедельнике". Высмеиваемые типажи управленцев показаны великолепно. Заседания Тройки - шедевр гротеска и абсурда.  Рассматриваемые дела фасмагоричны.

Для примера. Дело № 16. Разумный говорящий дельфин Айзек.

Несмотря на то, что дельфин умер, один из членов Тройки Хлебовводов отказывался признать факт его смерти. А все почему? Дело в том, что во время их первой встречи Хлебовводов обозвал его "обыкновенной говорящей рыбой", на что Айзек "во всеуслышание на четырех европейских и двух азиатских языках назвал его говорящим идиотом".

Фэнтазийные сущности забавны. Но интонация и настрой у"Сказки" другой. Если "Понедельник" - это сатира добрая, то "Сказка" - это сатира злая и обличительная.

Неудивительно, что повесть была запрещена цензурой.

Смешная и грустная история о том как тяжело умным, творческим, адекватным людям противостоять глупости, тупости и некомпетентности, которые ещё к кому же наделены властью.

Слово бюрократия сейчас, конечно, не так распространено в обиходе, но проблема ведь никуда не делась.

11 августа 2023 год обнаружила, что у меня не работает домашний телефон. 14 августа, дозвонилась на "горячую линию", создали заявку...

Ваша заявка в работе...

23 января 2024 года. Уже не пытаюсь выяснить, когда заработает телефон, махнула рукой... Хочется просто узнать: есть ли срок исполнения заявки... Месяц, квартал, полгода, год, век, вечность... Склоняюсь к последнему.

Сатира на бюрократическую тему, книга больше о глупости и недалеких людях в сфере управления. Связь с Понедельником, который в субботу, чисто символическая. Разный настрой авторов. В «Понедельнике…» они развлекались, а в этой книге зло и ядовито издевались, над чиновничьей системой. Авторское острие сатиры современно и в наши дни. Суть человека-карьериста не меняется.

Книга читается медленно с прочувствованнием диалогов, красоты завершенности, непробиваемости и неоспоримости бюрократического языка, внушающего почти религиозные чувства. Желателен собственный опыт общения с подобными лицами, чтобы войти в состояние наслаждающейся мстительности, так как персонажи книги делятся на бюрократов и тех, кто им противостоит. Противостоит разными методами, кто с помощью реморализации, кто с использованием криминальных методов, неплохо противодействует встречный бюрократический стиль.

При чтении, главное не спешить, так как сюжет не так важен, смысл в деталях. При особой чувствительности можно почувствовать отвращение к происходящему.

Интересно было вновь встретится с когда то давным давно полюбившимися персонажами из НИИЧАВО Александром Приваловым, Романом Ойра-Ойра, Витькой Корнеевым и Эдиком Амперян. Эта книга вроде и не продолжение "Понедельника начинается в субботу", но вновь погружает читателя во встречу с загадочным и интересным, что происходит в институте и в Китежграде. Конечно старые знакомые раскрываются и по новому и как бы дополняю тот образ, что уже сложился за время встречи с ними в предыдущей книге.
И конечно будут встречи с другими персонажами, подопечными института, очень интересными и своеобразными. Вот тут не перестаешь удивляться фантазии писателей и умению так преподнести характеры необычных героев. Клоп Говорун, единственный говорящий клоп и конечно он будет представлять своих , но какой же он любопытный, слушать его было удовольствие не меньшее , чем кота в предыдущей сказке.
Снежный человек Федор и его взгляд на людей , его умение и сообразительность заслуживает, чтобы говорить об этом виде. Спрут Спиридон, его пререкания и выяснения смысла жизни и других вопросов с клопом было просто уморительным. Инопланетянин Константин и конечно его взаимоотношения с землянами - тут такой любопытный момент, когда понимаешь что все не так просто в контакте. Есть и еще другие персонажи, но конечно главным здесь будет сюжетная линия, когда нашим героем предстоит встреча с чиновниками Тройкой по Рационализации и Утилизации Необъяснённых Явлений (ТПРУНЯ). Не хотелось даже их и по имени называть, хотя наверно надо, ведь они вроде все разные по характеру (один из них Амвросий Амбруазович Выбегайло есть и в первой книге, но здесь он немного все таки другой), но вместе обладают абсолютной властью .И вот тут понятно почему книга была запрещена- бюрократизм показан во всей красе . Но вместе с тем и невежество и непробиваемость, хамство и многие черты присущие практически всем бюрократам, то есть авторы показали то, за что всегда критикуют СССР.
Книга полна язвительных и саркастических высказываний, ее можно растащить на цитаты, много юмора , сатиры. Да, в чем то она уступает книге "Понедельник начинается в субботу", но в целом было интересно.

Я, конечно, пару раз читал «Сказку о Тройке», с разбега, после «ПНВС», так как они были под одной обложкой в моей книге. Все эпизоды знакомы, все это я видел. Однако целостной картины не было, впечатление не складывалось, оставалось только горькое послевкусие и обманутые ожидания после столь радужных приключений Привалова в первой книге.

Иллюстрация Андрея Карапетяна

В этот раз все было по тому же сценарию, даже книга все та же. На зимних каникулах я наконец-то забрал ее в Питер, и она вновь заставила прочитать себя от начала до конца. Я помню ее молодой, с белыми и чистыми страницами. Теперь она пожилая, зачитанная, позолота с обложки почти стерлась, а кое-где остались следы от чтения за едой. Легкое чувство неловкости за себя мелкого не покидало меня до последней страницы.

Повесть о тройке – довольно слабая вещь. Она имеет налет «запрещенки», от этого высоко ценилась фанатами, но трудно утверждать, что она хороша с точки зрения языка, компоновки или решения поставленных проблем. Бюрократический финал скомкан и маловероятен, оставляя впечатление неловкой попытки завершить тяжелую повесть на оптимистической ноте.

Иллюстрация Андрея Карапетяна

Но подумалось мне при чтении этой повести вот что. Авторам наверняка казалось, что они обличают что-то противно-советское, всю эту номенклатурную прослойку, этих ограниченных и нечистоплотных людей, которые мешают жить и трудиться на благо человечества нормальным людям. По прошествии изрядного количества лет ощущения совсем иные. Именно люди из «Понедельника…» оказались уникально-советскими, временным явлением, не пережившим Перестройки и перехода к рынку. Именно поэтому та книга все еще свежа, интересна, привлекает и дает ощущение переключения в другой мир. А вот индивидуумы, описанные в «Сказке…» оказались обычными, вневременными, они в любой государственной и корпоративной структуре. И, боюсь, это неустранимое свойство человеческих обществ.

С грустью замечаю, что в последнее время модно стало обижать эту книгу. Какой ее только не обзывают: сухой, глупой, бессмысленной.
Хочу встать на защиту отличного произведения. (Вообще я стараюсь не писать отзывы на книги Стругацких, потому что все уже было сказано в "Комментариях к пройденному" и в офлайн-интервью с БНС. А лучше них самих о них все равно не напишешь. Но здесь я, пожалуй, выскажусь)

Написанный всего-лишь несколькими взмахами кисти, но очень яркий мир.
Главные герои, известные еще по "Понедельнику", с понятными, такими очень русскими характерами.
Тягучее повествование, похожее на жаркое солнечное марево, в котором вот уже несколько дней "варятся" герои. Это марево как-будто является символом бюрократии, оно же на нее накладывается. А по контрасту с этим достаточно вспомнить, каким прибыл туда Эдик Амперян.

Глаза у него были такие чистые, такие наивные, и весь он был такой нездешний, такой уверенный в могуществе разума, такой свеженький из своего отдела Линейного Счастья, еще пахнущий яблоками и детским смехом, такой избалованный – избалованный дружбой с умными и добрыми людьми, избалованный рациональностью и справедливостью, избалованный горним воздухом чистого знания...

Из этой же цитаты, еще в самом начале, мы можем попытаться угадать, что же ожидает его дальше.
Но что бы мы ни придумали, оно все равно окажется ЛУЧШЕ настоящего развития событий.
Потому что дальше мы видим первое заседание ТПРУНИ (ах, как же мне нравятся все эти забавные аббревиатуры у Стругацких).
И вот это уже шах и мат. Полный.
Какая же смешная все-таки ситуация: необъяснимые явления пытаются рационализировать и утилизировать (причем, сами необъяснимые явления довольно интересны). И вот на этой смешной ситуации Стругацкие разворачивают такую картину, что и хохотать хочется, и плакать (над собой ведь смеетесь, господа). Прямо торжество невежественности и косности ума.

А сколько там всяких мелких подколов и шуток-прибауток.. Не перечесть =)

И плюс там есть еще немножко о строении НИИЧАВО (что само по себе весьма интересно).

Я специально воздержалась от цитирования (хотя очень хочется), в надежде, что кого-то мой отзыв заинтересует и на одного сторонника у книги станет больше =)

   А сам печати ставит, поступления контролирует, приложения регистрирует, шлет приказов ворох без всяких разговоров, жилетка нараспашку, жидкого чаю чашка, куда ни глянь - паутины нити, кто там следующий - входите, галстук в стол запрятан, кругом беспорядок, вот новые поступления, сорок четыре, и при всех приложения, нужны четыре новых шкафа, а там кому-то взятку дали, кого-то бюрократом обозвали, заседание перенесено с пятницы на субботу и целых семь печатей - разберись, кому охота...
 Станислав Лем. "Путешествие пятое А, или Консультация Трурля"

   С первых строк книги понятно, что речь пойдёт о борьбе с непробиваемой мощью бюрократии. Персонажи, входящие в ТПРУНЯ и олицетворяющие безграничную влать воистину эпические: престарелый отупевший военный генерал, хам-подхалим, бездушный буквоед и председатель -- всем председателям председатель. Бумажная волокита, косность, глупость и некомпетентность, протекторат и кумовство, личностное отношение и отмежевывание -- вполне стандартный набор пороков бюрократической машины, высмеиваемый сатириками во все годы правления советской власти.
   Чем же так отличились Стругацкие, что написанную в 1967 "Сказку" издали только при перестройке? Да тем, что копнули они гораздо глубже остальных. Некоторые моменты "Сказки" бросают тень не только на делопроизводство, но и на ключевые моменты советской морали. Взять хотя бы полемику Говоруна с Федей, где мораль клопа противопоставляется морали человека. Нетрудно догадаться, что под "человечеством" подразумевается советское общество. Заезженная метафора, мол, буржуи "сосут кровушку", "паразитируют на трудящих" с точки зрения клопа-паразита проявляется в совсем другом свете.

Вас можно назвать СВЕРХПАРАЗИТАМИ, ибо никакой другой вид не додумался еще паразитировать на самом себе. Ваше начальство паразитирует на подчиненных, ваши преступники паразитируют на так называемых порядочных людях, ваши дураки паразитируют на ваших мудрецах. И это – цари природы

   За дальнейшие рассуждения Клопа о разности целей у разных населяющих Землю видов, при Сталине братьев, скорее всего, расстреляли бы. Кусочек диалога:

--...я не устаю восхищаться той смелостью и тем хитроумием, с которым человек уже создал и продолжает создавать так называемую вторую природу. Человеческий разум – это… это… – Он помотал головой и замолк.
–- Вторая природа! – ядовито сказал Клоп. – Третья стихия, четвертое царство, пятое состояние, шестое чудо света… Один крупный человеческий деятель мог бы спросить: зачем вам две природы? Загадили одну и теперь пытаетесь заменить ее другой… Я же вам уже сказал, Федор: вторая природа – это костыли калеки.

   Никаких ассоциаций? А у меня, когда я прослушал эту тираду, чуть волосы дыбом не встали -- внутренний голос пропел строки Интернационала: "Весь мир насилья мы разрушим, До основанья, а затем. Мы наш, мы новый мир построим, Кто был никем — тот станет всем!". И самым крамольным в этом диалоге стал аргумент, выдвинутый Приваловым в ответ на выпады Клопа: он с удовольствием предъявил Говоруну свой указательный палец, а затем сделал движение, словно бы стирая со стола упавшую каплю.
   Хотелось бы ещё сказать о культе личности спрута Спиридона и его разоблачении, о диалоге старика с козой и Тройки, но это всё -- дела давно ушедших дней и злободневные политические аспекты "Сказки" нынче не актуальны. Что же осталось в ней такого, что заставляет издавать и переиздавать эту книгу? Остался всё тот же тонкий юмор, тот же едкий, отлично завуалированный сарказм, сделавший фразы «Народу не нужны нездоровые сенсации. Народу нужны здоровые сенсации» и «не позволим бросаться старичками!» поговорками. Осталась "многослойность" книги -- поверхностный читатель найдёт в ней сказку, более вдумчивый -- философское эссе. Остались яркие и запоминающиеся образы интеллигентов и бюрократов, осталась, наконец, неповторимая атмосфера полусказочного мира Полдня Двадцать Первого Века. И -- мораль: победа над бюрократией возможна. Но -- только бюрократическими методами.

Продолжение "Понедельника" довольно тривиально. Если не сказать банально. И уже это задает тон и суть повествования. Ибо вся 2 часть вертится вокруг бюрократии. А это было актуально во времена написания книги, актуально сейчас и, судя по всему, будет актуально и в будущем. И Стругацкие выложились по полной, дабы легко и на первый взгляд не слишком заметно высмеять всю суть аппарата.
Конечно тут слегка утратилась та атмосфера обыденного волшебства, что была присуща первой части. И Написано все более едко и жестко. Но все равно от прочтения я получила удовольствие и смаковала каждую строчку.

Первое впечатление

Уже через пару минут прослушивания поймала себя на том, что улыбаюсь.

И что страннее всего ... постоянно думаю: как вообще это могло быть написано так давно?

Есть ощущение, будто книга разговаривает с сегодняшним днём не хуже, чем многие современные тексты про ИИ, технологии и человеческое упрямство.

Почему книга по-настоящему затягивает

Самое крутое: она смешная. Не «хихи» ради эффекта, а вот это узнаваемое, почти домашнее веселье, когда видишь ситуацию и думаешь: «Ну да, знакомо… слишком знакомо».

Стругацкие бросают в одну кастрюлю абсурд, сатиру, технологические фантазии и ту самую бюрократию, от которой хочется одновременно смеяться и тихо охать.

Я особенно ловила себя на смехе в сценах, где форма становится важнее смысла: документ готов, подписи есть, а логика… логика пусть постоит в коридоре.

Каждому русскому человеку это, кажется, даже объяснять не надо: сразу щёлкает узнавание.

Моменты, где приходилось останавливаться

Иногда я просто делала вдох и переслушивала момент.

Не потому что скучно, а потому что текст местами закручивается так, как будто авторы решили проверить: «А ты вообще за нами успеваешь?»

Это скорее вопрос стиля, чем недостаток.

Но всё же иногда ощущается лёгкое «где я, кто все эти люди и почему всё так устроено».

Так что за витиеватость и небольшое непонимание — минус ползвезды.

Что поразило больше всего

Современность. Я слушала эту историю про экспертов, которые объясняют несуществующие процессы, про системы, которые работают только потому, что так написано, и про механизмы, которые вдруг начинают принимать решения… и ловишь себя на мысли: «Это же почти про ИИ. Про наш сегодняшний день».

Как будто Стругацкие знали куда всё произойдёт: просто спрятали это в сказку.

Вердикт

Я получила море удовольствия: смеялась, удивлялась, иногда зависала над фразами, но всегда с интересом.

Однако часть путаных фрагментов всё же сбивает дыхание, поэтому моя честная оценка: 4,5 из 5.

Это всё равно яркая, живая, хулиганская история, которая удивительным образом остаётся свежей.

И, кажется, именно поэтому её хочется обсудить: ведь многие её «нелепости» на самом деле удивительно правдивы.

Гротеск, абсурд и фантасмагория - вот как кратко можно охарактеризовать этот роман, поскольку даже сюжет его пересказывать не имеет смысла. Тут дело не в сюжете, а в выражениях отдельных ответственных работников, в реакциях на них здравомыслящих людей, в характерах невообразимых героев, ну, и в общей атмосфере, царящей в этом уникальном городе.
В первую очередь, конечно, хочется представить хотя бы некоторых героев. В этом исследовательском городе живут уникальные животные, которые умеют разговаривать. Дельфин, правда, уже умер, оставив после себя огромную бюрократическую проблему коменданту города: как списать пару тонн протухшей рыбы, которая была закуплена для кормления этого самого почившего в бозе дельфина. Зато жив клоп Говорун с невероятно заносчивым и амбициозным характером и гигантский спрут Спиридон, к которому тоже можно применить эпитет амбициозный, но он еще и по-царски величественен и, если клоп все время кричит и доказывает, что насекомые - это ого-го, куда более разумные создания, чем человек, то спрут и не думает кому-то что-то доказывать, для него это аксиома. Парочку этих созданий разбавляет милый и доброжелательный, хотя слегка недотепистый снежный человек Федя. Есть и еще ряд интересных личностей типа пришельца и пр., но на них уже подробно останавливаться не буду, как и на обычных людях, хотя и каждый из них обладает своими изюминками в характере.
А вообще наши представители заказчика пытаются заполучить в свое пользование некоторые предметы/существ/изобретения, которые находятся в ведение Тройки. Но из-за ряда бюрократических процедур (а также неимоверной человеческой тупости отдельных особей, которая тем виднее, чем выше оказывается человек) процесс выдачи этих объектов невероятно затягивается или вообще отодвигается куда-то в бесконечность.
Впрочем, наши герои не привыкли сдаваться, они умеют использовать весьма нетрадиционные методы для решения встающих перед ними вопросов. А что делать? Хочешь жить - умей вертеться!

Когда я только искала электронный вариант повести, столкнулась с тем, что существуют три версии данной истории. Меня это изрядно удивило, пришлось читать все.

Есть «Сменовский» вариант, который упорно в моей голове именовался «семеновским», был самым объёмным, в нём было больше героев и приключений.

«Ангарский вариант» похож на «демо версию» предыдущего варианта. «Трубы ниже, дым пожиже». В нём урезается количество герое, событий, а место действия переезжает на 76 этаж вместо КитежГрада. Однако его я читала первым и понравился он мне больше.

Хочется отметить, что само по себе произведение вязкое, читается сложно, тяжело прорваться сквозь канцелярит, штампы, словоблудие. Да, я понимаю, что на это-то книга и направлена – на борьбу с бюрократией, отсутствием чести и совести у управленцев, что это сатира и всё такое. Но читалось сложно.

В момент обсуждения с одним из самых близких друзей услышала хорошую и многое объясняющую вещь. Книга не для меня современной написана, а для других людей, тех, советских. Современников авторов, кого так же «сжирала» бюрократическая машина, мешала жить, творить, развивать индустрию.

В здравом размышлении, книга хорошая, но в моём маленьком эгоистичном мире, где хочется, чтобы было всё просто и понятно – не зашло. Вряд ли буду перечитывать, на душе остался неприятный мутный осадок. Однако продолжу знакомиться с авторами.