С крепостного вала

Сердце закоренелого преступника, закованного в цепи, отзывается на пение птички, усевшейся на оконную решётку. Его душу наполняет новое чувство, оно «сродни солнечному лучу и аромату фиалок». Но вдруг раздаются мощные звуки охотничьих рогов. Звуки эти жизнерадостны, но птичку они пугают и она улетает. Это краткий пересказ андерсеновской истории, но без него не обойтись, т. к. в конце (а текст очень короток) рассказчик восклицает: «Не умолкайте же, чудные звуки охотничьего рога, раздавайтесь громче!». Такое ощущение, что рассказчик-сказочник тут же забыл о только что подмеченном им благотворном воздействии вида и голоса птички на преступника. Разве не должен был он призвать охотников трубить потише, не распугивать птиц, спасающих заблудшие души? Конечно же он должен был сделать именно это, но не сделал, потому что упиваясь звуком собственного голоса, мало думает о смысле того, о чём «поёт».

Эта история может послужить отличным примером того, что может получиться, когда нет времени на перечитывание написанного. А надо найти время на это крайне полезное дело, и чтобы птички в эти минуты не пели, и рога не трубили. И тогда твои творения будут неподвластны по крайней мере «грызущей критике мышей». Тут я скромно намекаю на себя.