Билли Бадд, фор-марсовый матрос. Истинная история

...детская невинность ведь не более чем оборотная сторона полной умственной неосведомленности, и по мере того, как развивается ум, невинность эта постепенно сходит на нет.

Билли, подобно многим добрым людям, обладал слабостями, часто свойственными доброте. Так, он не умел, прямо-таки не мог ответить «нет» на внезапную просьбу, если только она не производила впечатление нелепой, не была продиктована недоброжелательством и не содержала в себе ничего явно нечестного или противозаконного.

Утонченной безнравственности обычно сопутствует сугубая осмотрительность, так как она боится выдать себя.

Ненависть всегда жадно выискивает предлоги, чтобы еще более ожесточиться...

И все же причина, которая за неимением никакой другой представляется единственно возможной, в самой своей реалистичности пронизана не меньшей таинственностью, этим главнейшим элементом радклифских романов, чем те, что порождались неистощимой фантазией хитроумной создательницы «Удольфских тайн».

...когда начальство шутит, положено смеяться...

Личная осторожность, даже если она диктуется отнюдь не эгоистическими соображениями, все-таки не такое уж большое достоинство для солдата, а вот пылкая любовь к славе, подвигающая на щепетильнейшее исполнение воинского долга, – это его высшая добродетель.

Разумный человек не станет направо и налево кричать о семейном несчастье или позоре, а потому и нациям в сходных обстоятельствах можно извинить такую сдержанность.

Подобно животным, он был не философом, а истинным фаталистом, хотя сам об этом и не подозревал.

...уклонение от темы — немалый литературный грех.

... получив наши патенты, мы утратили естественную свободу в самых важных областях бытия. Когда объявляют войну, советуются ли предварительно с нами, хотя вести ее должны мы? Мы сражаемся потому, что нам приказывают.

«[...] Кук и Блэкстон проливают на темные закоулки души куда меньше света, чем библейские пророки. А кем были те? Чаще всего отшельниками».

Гармоничность частей, которой можно добиться, сочиняя романы, не столь легко достигается в повествовании, чуждом выдумке и придерживающемся действительных фактов. Правду, рассказанную без обиняков, нельзя округлить и уложить в рамки, а потому конец подобного повествования редко обладает архитектурной законченностью сочиненной развязки.

Долгая военная муштра воспитывает в заурядных натурах механическую покорность, и такой человек подчиняется командам с почти инстинктивной поспешностью.

...всегда находятся люди, которые за деньги возьмутся сделать что угодно.

– Сражен ангелом господним. И тем не менее ангела должно повесить!

Детские натуры, честные и добрые, ни от кого не ждут козней и редко их предчувствуют.

...мелкие негодяи всегда самонадеянны...

...величие морским битвам придает лишь беззаветный героизм.