Восхождение Губернатора

Глаза его наполнились слезами. Он никогда никого не любил сильнее, чем эту крохотную девочку. Даже Сару, которую он боготворил. Он по-настоящему понял, что такое любовь, когда маленькие пальчики новорожденной девочки в первый раз схватили его палец.

В этот момент Филип увидел себя на необитаемом острове. На берегу стоит маленький уютный домик, Эйприл готовит завтрак, а Пенни играет на детской площадке… Это ли не счастье…

Грудь Филипа разрывают эмоции, когда он глядит на дремлющего ребенка. Должен быть способ устроить жизнь дочери, создать семью, обустроить дом, даже в разгар этого кошмара, должен быть способ.

– У дьявола есть на нас планы, – со страхом произнес он. – День расплаты приближается… Враг среди нас.

– Кусаки… Кто придумал это название?
– Папино выражение… оно прижилось.

С точки зрения морали, заявил он, убивать нельзя никого. Никогда. Но вот с точки зрения этики - дело другое. Убивать в целях самозащиты вполне этично.

Теория хаоса гласит, что закрытая система не может оставаться устойчивой.

– Это не убийство, Брайан, – сказал Филип. – Ты должен это четко уяснить, если хочешь выжить.

Сражаясь с чудовищами, будь осторожен, дабы не стать одним из них.
Если долго всматриваться в бездну, то бездна начнет смотреть в тебя.
Ф. Ницше

– Мы переживем эту чертовщину. Но для этого нужно быть жестокими. Еще более кровожадными, чем они. Понимаешь? Больше нет никаких правил! Никакой философии, прав человека, демократии и жалости. Если мы их не убьем, то они нас сожрут! Ты понимаешь меня? ПОНИМАЕШЬ?

– Ну и побоище… Ты их разделал под орех, – произнес он с восхищением, но и с оттенком ужаса в голосе.

Сражаясь со своими страхами, Брайан пропустил момент, когда шум снаружи прекратился. Открылась дверь. Филип Блейк аккуратно сел на водительское сиденье, бросив рядом окровавленные топоры.
– Это была разминка. Скоро придут еще.

Брайан прижал ее к себе и задумался: его брат – их надежда. Но если вдруг с ним что-то случится? Что делать? Как быть дальше? Эти мысли тревожили его уже давно.

Да, Филип – это такой человек, с которым лучше не ссориться. Хорошо, что именно он ведет их отряд. Без него они бы долго не протянули.

Черепа ломались, хруст разносился, наверное, на целую милю вокруг. В каждый взмах топора Филип вкладывал всю свою злость, отчаяние, боль, накопившиеся за последние годы… За то, что Бог забрал его жену. – Получай! – За то, что монстр убил его лучшего друга, Бобби Марша. – Получай!
– Получай! Получай! Получай!

Мысли Брайана путались. Неужели вот так и кончится мир? «Вот так и кончится мир»… Кто это там сказал – «не взрывом, а всхлипом»? Редьярд Киплинг? Нет, стоп… Элиот. Томас Стернз Элиот. «Полые люди». Эту поэму они проходили в колледже.

Он попросту не считал, что лишает кого-то жизни. Разве можно убить того, кто и так уже мертв? Размозжил ему черепушку и пошел дальше – о чем тут еще рассуждать и думать?

И в тот же день Бобби начал слегка заикаться, много говорить и нервно смеяться. Это был своего рода защитный механизм или последствия шока.

... зомби можно убить, проломив ему череп.

... в свои тридцать пять оставался эдаким Питером Пэном, навсегда застрявшим где-то между старшими классами и первым курсом.