Джонатан и Ведьмы

Решила почитать Кинга, чтоб перенять от него красного словца и вкладывать как можно больше смысла в как можно меньше текста.

Случайно на флибусте наткнулась на рассказ "Джонатан и Ведьмы", который Стивен Кинг написал в 9 лет (путем не сложной математики: 1956-1947=9). Это был тот самый рассказ, на котором он учился писать. И возможно этот был тот самый маленький рассказик, за который маленький Стиви получил свой первый гонорар от мамы.

Сюжет простой: отец отправляет Джонатана на поиски счастья. По дороге парень спасает кролика, который на самом деле был замаскированной феей, от охотников. За это фея готова исполнить 3 его желания. Но парень не смог их придумать и оставил на худшие времена. Джонатан приходит к королю и просится на работу. Король загадывает парню убить трех ведьм с горы и обещает за это 5000 крон, а если не получится - отрубит голову. Воспользовавшись тремя желаниями парень справляется с ведьмами, получает 5000 крон, возвращается домой и...

они с отцом жили после этого счастливо

Мама учила меня не обижать маленьких. Поэтому от меня маленькому Стиви -

«И что мне теперь делать, — подумал Джонатан. — Ну, нужно попробовать».

Едва ли не первое произведение Стивена Кинга, созданное аж в девять лет, представляет собой сказку в стиле братьев Гримм, будто не имеющую особого смысла, но по факту являющуюся любопытным примером мышления читающего ребёнка. Тем, кому в ранние годы доводилось придумывать и заносить на бумагу сюжеты, частично подражая полюбившимся книжкам, частично следуя внутреннему зову импровизации, наверняка покажется знакомой манера написания, пока ещё игнорирующая детализацию любого рода, но поспешно претендующая выдать интересную историю с кучей поворотов. Конечно, данная рукопись не стремится соревноваться с себе подобными, однако стоит отметить удивительно точное следование схематичности жанрового нарратива, предполагающего ряд испытаний в путешествии, спасение и выгодную сделку, а в финале — закономерный твист с невысказанной, хотя ощутимой моральной подоплёкой.

Однажды его отец сказал: «Джонатан, ты должен отправляться на поиски счастья. Ты уже достаточно взрослый».
Джонатан, будучи умным мальчиком, знал, что лучше попросить короля о работе.

Пусть маленький да удаленький мэтр впоследствии не перенял эстафету у нацеленных на юную аудиторию коллег по цеху, в его работах с тех пор прослеживались два главных компонента, также блеснувших здесь: преодоление страхов в борьбе со злом и обличение пресловутого зла в его неподражаемой сути. Джонатан, будучи сыном сапожника и отправившись на подработку к королю (сразу видим проблему социального неравенства, намекающую на возникновение типичного архетипа многих кинговских героев — людей «из народа», избранных судьбой для миссии), использует смелость, упорство и находчивость при принятии решений о расправе над тремя ведьмами. Заручившись поддержкой, вызванной избавлением от беды живого существа, скрывающегося за чужой маской (добро у автора — всегда внутри нас и неотделимо от помощи другим), мальчик поэтапно закрывает цели, чтобы позже обнаружить в доступной ему магии способность перевоплощения зримого ужаса в реальную оболочку — ещё одно доказательство гиперфиксации на нравственной парадигме. По её логике, поверхностный слой кошмара заключён в уродстве и отчуждённости встречаемых монстров, но за ним всегда кроется секретное знание о том, что истинная причина — в самом человеке, а прочая хоррор-атрибутика — лишь наносная мишура.

«Первую ведьму нельзя проткнуть.
Вторую ведьму нельзя проткнуть или задушить.
Третью ведьму нельзя проткнуть, задушить, и она невидима».

Даже учитывая, что такой микрорассказ, согласно скептикам, вообразит какой угодно одарённый и начитанный детсадовец, в оптике рассмотрения коллекции мотивов всего дальнейшего творчества мастера сей опус предстаёт весьма приятным, древним и редким камешком, случайно выпавшим вам в руки из фундамента большой и тёмной библиографической башни великого современного литератора. Хранить в кармашке не обязательно, но глаз порадует.

С этим познанием Джонатан обернулся вокруг и никого не увидел. Затем он вспомнил о фее и улыбнулся.