– Это худшее из всех извинений, которые я когда-либо слышал.
– Мне хватило времени его продумать. Поскольку моей вины в случившемся примерно тридцать процентов, вы и получаете тридцатипроцентное извинение.

Еще одно полено в костре неприязни не сыграет большой роли.

– Напомни мне, чтобы я никогда не портил с тобой отношений.
– Никогда не порть со мной отношений.
– Спасибо за предупреждение.

– Двадцать комплектов белья. Смог бы определить, какой из них принадлежит Камерон?
Палласа пытали, угрожая ножом, пистолетом, да пожалуй, всем, что только можно себе вообразить, но ни от одного чертового вопроса Джек не вертелся ужом на сковородке так, как от этого.

–  И это действительно была шутка. Чтобы безошибочно распознавать скромные потуги агента Палласа на юмор, обычно требуется около года, но, уверен, вы справитесь. 
К этому моменту Джек уже силился припомнить, какого лешего ему так не терпелось вернуться в Чикаго. В Небраске, по крайней мере,  человеку позволено хмуриться в свое удовольствие.

Если бы на кону не стояла его собственная шкура, Грант посмеялся бы над иронией ситуации. Эта девица и мертвая умудрялась поиметь окружающих. Для такого надо быть чертовски талантливой проституткой.

– Знаешь, я ведь не собираюсь до старости торчать в эскорт-услугах, – со вздохом призналась она.
Да брось, правда?! А он-то считал, что у проституток на редкость замечательные пенсионные программы.

Конечно, было немного странно, отрывая взгляд от беговой дорожки, замечать двух стражей порядка, наблюдавших за ней из джус-бара, но потом Камерон вспоминала, что альтернативный вариант – самой оказаться убитой, и это соображение очень помогало свыкнуться с неловкостью ситуации.

юристы на самом верху пищевой цепочки пожинают лавры за работу, выполненную низшими звеньями, а те вкалывают в поте лица, ожидая дня, когда вскарабкаются на вершину и смогут так же потребительски относиться к подчиненным. Круговорот юристов в природе.

Скорее всего, это ложная тревога.
– А если нет? – полюбопытствовал напарник.
Джек дернул верхний правый ящик стола, достал оттуда запасной пистолет – компактный Глок двадцать седьмой модели – и засунул оружие в кобуру на лодыжке.
– Значит, станет ложной, как только я туда доберусь.

тут Камерон поняла, что ее мысли углубились в непристойности настолько, что вытащить их оттуда получится только при помощи пожарной лестницы, поэтому с тем же успехом можно спокойно предаваться своим ужасным фантазиям.

«Сёстры, как подтяжки, шли в комплекте: если видишь одну из них, наверняка поблизости окажется и вторая.»

«-Любопытно увидеть, чем закончится сегодняшний вечер. Я ведь стояла на лестнице, когда Джек появился в дверях, и заметила, Кэм, как ты на него смотрела.
-Как смотрела?-в отчаянии воздела руки кверху Камерон. Каким бы ни был этот пресловутый «взгляд», она собиралась срочно предпринять против него самые строгие меры.
-Помнишь мультик про Тома и Джерри, где Том несколько дней не ел и воображает Джерри куском ветчины?-ухмыльнулась Эмми.- Что-то вроде того.»

«Почтовые марки, которые мне доводилось облизывать, и то возбуждались сильнее, чем ты от этого поцелуя.»

Камерон вытащила у него из пальцев неизвестно как очутившийся там нож для стейков. Агент бросил на спутницу невинный взгляд. Словно он тронет хоть один волосок на голове ее драгоценного Колина… при свидетелях.

Паллас перебирал серебряные столовые приборы. История стремительно приобретала нежелательный уклон… То, что рука агента задержалась на остром столовом ноже, могло и не быть простым совпадением.