Цитаты из книги Как писать книги

Гением человека делает Бог, а вот грамотным человек в состоянии сделать себя сам.

Это большое искусство и большое дело — соединить души читателя и героя.

Не решайте за читателя, нравится ему герой или нет, опишите героя так, чтобы он читателю понравился. Покажите его привлекательным (через действие) или намекните на его обаяние (через описание).

Гениальным писателем никто не станет — этому невозможно научить.

Чтение — всегда сотрудничество автора и читателя, в большей или меньшей степени. Если этого сотрудничества не происходит вовсе — не происходит и чтения. Поэтому позвольте читателю иногда придумывать определения. Появляется монстр — не пишите, что он был зеленый, пупырчатый, вонючий, с перепонками, выпученными розовыми глазами, острыми желтыми зубами, хлюпающим мокрым хвостом, кривыми когтями, круглыми, как раковина, большими мясистыми ушами и т. п. Уберите хотя бы часть определений.

Я говорила уже, что нам очень важно сделать читателя не просто пассивным поглотителем текста, но и своего рода участником, сопереживателем событий. Чтобы читатель не просто принял к сведению — что есть, мол, такие-то и такие-то персонажи с такими-то целями и стремлениями, а полюбил их, начал за них переживать. То есть, чтобы читатель вошел в текст и начал там жить.

Развязка — на ваше усмотрение, конечно, но не оставляйте хвостов и следите за тем, чтобы не было зомби (неприкаянных персонажей).

... читатель — это друг, соратник, собеседник, готовый пойти на риск ради дружбы с человеком, пишущим для него книги. На риск разочарования, неприятного ощущения, на риск погружения в новый, возможно, нежелательный мир. И готовый продолжать диалог потом, когда какая-то часть разговора не состоялась.

Все творчество — это своеобразная исповедь.

Театр начинается с вешалки, а книга начинается с образа автора.

Один писатель — человек добрый, другой — злой. Это не связано с талантом, таково качество личности, которое невозможно скрыть. И даже если в личном общении человек сумеет утаить какие-то свои черты, они все равно проступят в тексте.

Влюбиться в героя — отличная причина начать писать.

Меня иногда спрашивают, как я делаю своих героев живыми. Да просто практически все они — это я. А я пока что живее всех живых.

Выпендриваться и создавать совсем уж вычурные картины не стоит. Александр Грин на свете был один-единственный.

Яркие художественные образы не должны идти сплошным потоком. Состояние постоянной подключенности к тексту выматывает, нужно давать возможность и выйти, передохнуть.

Писательство — дело одинокое. Только я, мой компьютер и целый мир у меня в голове. Но на самом деле это не вполне так.

Вообще цедить читателю информацию, как из пипетки, — хороший способ держать внимание, интриговать и нагнетать. Но помните, что кульминация и развязка должны соответствовать градусу этого напряжения. Если очередная гора родит очередную мышь — то следующая ваша «конспирологическая» книга уже мало кого заинтересует.

Тут вообще ничего не поделаешь, «аллергия лечится привыканием».

Считается, что живым и настоящим героя делают речевые характеристики и небольшие недостатки (слабости). В случаях с супергероями это именно слабости: Человек-Паук — робкий старшеклассник, Бэтмен не умеет строить отношения с женщинами, Женщина-Кошка — неудачница по жизни и так далее.

Но если у вас персонажи долго-долго выясняют отношения и проговаривают абсолютно все, что они чувствуют, — читатель в текст не войдет. Чем меньше говорится об эмоциях, тем лучше. Читатель входит в тот самый миг, когда замолкают персонажи.