Fragments

– Смотри, – Кира выпучила глаза, придав лицу преувеличенно «удивленное» выражение, но ответа Сэмма не получила. – Ты видел?
– Что?
– Я только что очень широко раскрыла глаза.
– Но ты все время так делаешь, – пожаловался Сэмм. – Когда ты говоришь, разные части твоего лица и тела постоянно двигаются. Герои тоже так делает. Я одно время думал, у нее лицевой тремор.

Если у тебя есть силы скулить, значит, есть силы и попытаться что-то сделать.

Иногда приходится ввергать настоящее в ад, чтобы добиться будущего, о котором мечтаешь.

Спасать мир было бы намного легче, если бы спасаемые хоть на минуту перестали убивать друг друга.

— Пора решать, Валенсио. Хочешь умереть прячась или давя на курок?
— А где же вариант «обмочившись под себя»?
Гару рассмеялся.
— Уверен, таким будет бесплатный бонус к любому выбору. — Он втянул носом воздух. — Кроме того, мы уже влезли в чью-то мочу. Никто не разберет разницы.

Все одно к одному. Машины, которые не ездят. Самолеты, которые уже никогда не полетят. Компьютеры, которые мы едва можем использовать, а куда уж сделать заново. Словно… время потекло вспять. Мы – пещерные археологи на руинах будущего.

- Я привязала лошадей в станционном парке.

• Они в безопасности?
• Твоей я, на всякий случай, оставила пушку.

Оставалось только два варианта развития событий: либо партиалов убьет Предохранитель в ходе геноцида, сравнимого с Холокостом, либо вспыхнет кровавая революция, в которой партиалы, во всем превосходящие человека, победят, уничтожив человечество в том виде, каким мы его знали. Как ни крути, один вид обрекался на смерть, и смерть одного стоила души другому.

«Если вы увидите или услышите что-то, хоть отдаленно напоминающее стрельбу, прячьтесь.
Вульф нахмурился.
— Просто спрятаться? И все?
Винси пожал плечами.
— Ну, прячьтесь и молитесь.»

С той минуты, когда мы создали партиалов, с того мига, как только задумались об их создании, других возможных последствий уже не оставалось. Человечеству предстояло истребить себя до основания, прежде чем оно бы выучило простой урок.

Только нормальная жизнь других делает наши собственные безумные жизни чего-то стоящими.

Иногда высказанное тебе доверие может быть самым мучительным на свете испытанием для нервов.

«Как бы там ни было, один вид погибнет, и ценой его смерти станет душа второго.»

«Партиалы же были выращены в лаборатории и созданы для того, чтобы помогать человечеству. Они... бессемянные арбузы, или морозостойкая пшеница.»

«Я обещаю тебе, что как только мы закончим спасать мир, то пообедаем и сыграем в футбол.»

«— Великолепно, — произнес Маркус. — У единственного парня, который, как мы думали, мог нам помочь, такой же план «давайте надеяться на чудо», как и у нас.»

«То есть вторая группировка Партиалов на нашей стороне?
— Если А ненавидит Б и В ненавидит Б, то А и В — союзники, — сказал Маркус. — Это... всеобщая военная этика, которую я только что придумал. Но это правда.
— Враг моего врага — мой друг, — сказала Ариэль.
— Я знал, что для этого где-то есть выражение.»

«Сколько еще нужно времени?
Указывая на Афу, Кира пожала плечами.
— Единственный, кто это знает, сейчас поет своему рюкзаку колыбельную. Кроме того, у него кровотечение, а у меня нет нужных антибиотиков. Еще мои штаны пропитались мертвецом, и я начинаю сожалеть, что много чего пошло не так, как надо.»