Внутренняя комната

Я больше не вижу себя среди коронованных особ за столом, ломящимся от перепёлок.

— Мне не нравится этот магазин, — сказала мама. — Это магазин, который уже умер.

Та царственная манера, с которой она произносила подобные вещи, была, я думаю, слишком немецкой для моего насквозь английского отца. Быть может, это, а также перспектива неожиданной экономии, заставили его проявить твёрдость.