Лихорадка

Небольшая повесть от любимых авторов не могла не порадовать. Эпидемия, изоляция - уж совсем не фантастика на сегодняшний день. Зомби... с ними у меня все сложно, не все они мне интересны. А вот здесь это было интересно преподнесено. Во-первых, здесь вас ждет настоящий саспенс, когда ждешь беды, когда ощущаешь постоянную тревогу. Во-вторых, замечательная визуальная картинка, я так и вижу эту повесть на экране. В-третьих, это были бы не Дяченко, если бы не было психологической или философской линии. Вот и здесь она есть. Живая душа в мертвом теле. Как обеспечить человеку бессмертие, а главное, надо ли, какова цена. Живым живое, мертвым мертвое. "Может, это и сказка. Чего только не писали. Напустили ужасов в желтой прессе, а жизнь, как всегда, оказалась ужаснее." Классная штука)

Пока читала книгу, была уверена, что написана она совсем недавно на волне коронавируса.

Лихорадка Эдгара мутирует, появились новые штаммы…

Известие о том, что выявлен возбудитель лихорадки Эдгара, оказалось не соответствующим действительности…

Фальшивая статистика: жертвы лихорадки Эдгара в сорока процентах случаев умерли от других болезней…

Лихорадка Эдгара как результат преступного сговора фармацевтических компаний… Лихорадка как диверсия… Лихорадка как расплата, как следствие техногенной катастрофы, как инопланетное вмешательство…

Каждый день писали, что изобретено лекарство от лихорадки. Каждый день предыдущее сообщение оказывалось ложью. Единственный проверенный способ — изоляция; во всем мире вдруг стали популярны глухие углы, таежные поселки, горные хижины, заброшенные в океане острова…

Будущее за людьми с иммунитетом. Не за теми, кто спрятался и не заболел, а за теми, кто переболел, выиграл и остался в живых.

И была очень удивлена, когда уже после прочтения увидела год написания - 2009г.

По миру гуляет лихорадка Эдгара. Для нее характерны очень тяжелое течение болезни, высокая летальность и посмертный побочный эффект - почти все умершие от лихорадки превращаются в зомби. Группу детей вывозят за перевал, чтобы укрыться там от стремительно распространяющегося заболевания. Но в первую же ночь выясняется, что мертвецы уже добрались и до этой глухомани. Детей спешно грузят обратно в автобусы и везут назад. И в суматохе не замечают, что один ребенок остается. Руслан остается единственной живой душой в заброшенном санатории. В целом, все не так уж и плохо. Генератор работает, еды и воды вдоволь, никто не командует и не издевается. Если бы не сосед. С отношением к Питеру у меня не получилось сразу определиться. Он и не хороший, и не плохой. Впрочем, как любой самый обычный человек. Он завидует Руслану, но при этом все равно помогает ему. Впрочем, опять же из практического интереса, а не из жалости или сентиментальности.

— Я думал, это несправедливо, что я умер, а ты жив. У меня были те же пятьдесят процентов.

Мне подумалось, может остальные мертвецы именно поэтому убивали живых. Из зависти. Питер в силу сохранности интеллекта прекрасно осознавал владеющие им эмоции и не шел у них на поводу. Другие же полностью подчинились этому тяжелому, душному чувству. Концовку можно было бы назвать открытой, но, учитывая, о чем идет речь, несложно предугадать дальнейшее развитие событий. Человек всегда будет искать способы обрести бессмертие.

Мир накрыла эпидемия страшной лихорадки Эдгара. Нет, это не навеяно короновирусом: произведение написано в 2009 году, впрочем, идея гибели человечества/значительной его части от ужасной (реальной или вымышленной) болезни так или иначе встречается в творчестве задолго до. Разумеется, уважаемые авторы не те люди, чтобы увести свою историю в банальную страшилку (хотя местами пробирает до дрожи): у них получилась сильнейшая вещь, которая заставляет задуматься над категорией бессмертия. Итак, мир накрыла эпидемия страшной лихорадки Эдгара, названной по фамилии предполагаемого создателя. Сперва было страшновато, но не очень, потом летальность резко возросла, появились карантинные зоны, люди стали бояться людей, а отдаленные, отрезанные от цивилизации места, годные для изоляции, начали неимоверно цениться – в прямом и переносном смыслах. Спустя еще некоторое время умершие от лихорадки встали. Значительная их часть утратила разум, приобретя непреодолимое желание убивать еще живых. Среди сонма живых мертвецов оказались такие – очень малый процент – кто сохранил разум и личность, сохранил то, что можно назвать душой, в умершем, затронутом процессами разложения и распада теле. Цена условного бессмертия оказалась непомерно высокой, а платить ее пришлось не только тому, кто всё это затеял. Подросток Руслан по воле случая и бездумной детской жестокости оказывается зимой на отрезанном от людей горном перевале, один в санатории, который должен был стать прибежищем для здоровых: здесь есть генератор, дающий тепло и свет, еда и лекарства. Есть даже надежда, что через полгода, когда снег растает, а дорога станет проходимой, эпидемия во внешнем мире пойдет на спад. Правда, очень скоро выясняется, что, несмотря на отсутствие живых на много километров вокруг, Руслан здесь не один... Авторы умело нагнетают атмосферу, где ужас и безысходность перемежаются вспышками почти иррациональной надежды. История не становится очередным зомбиапокалипсисом, во главу угла здесь не ставится хоррор. По сути это невероятно философская вещь, практически притча (объём, кстати, здесь вполне притчевый – очень небольшой), но в нестандартной, вызывающей сильный эмоциональный отклик форме.