Another Country

Бессмысленно бранить людей или время, в которое живешь, мы сами - эти люди. И время тоже мы.

Вести тайную жизнь хлопотно; чаще всего она ни для кого не является секретом, кроме разве того, кто ею живет.

Почему люди вообще терпят? Наверное, просто не знают, как быть.

Если ты достойно примешь боль, которая почти убивает, то можешь стать лучше.

А она несла его, как море, тихо покачивая, несёт лодку — то поднимая, то опуская, — и не верилось, что это мерное убаюкивание таит под собой грозную пучину. В этом путешествии оба что-то бормотали и всхлипывали, он, почти не переставая, ласково ругался. Каждый стремился достичь гавани, но покой можно было обрести, только бешено ускорив движение, отдав ему всю нарастающую силу.

Люди безжалостны. Из любви они готовы разорвать тебя на части. А потом, когда тебя уже нет, когда они убили тебя своей любовью, все говорят, что у тебя не было характера. И льют горькие крупные слезы, но плачут не по тебе – они оплакивают себя, ведь у них больше нет любимой игрушки

То, что "выдумали" мужчины,  — перед нами, тот мир, который они "выдумали", и есть наш мир.

Еще одно скажу вам, и, прошу, не забывайте моих слов: я знаю многих людей, которые убили себя, хотя и продолжают ходить по улицам, некоторые из них читают проповеди в церквях, другие занимают высокие государственные посты. Помните об этом. Если бы мертвецы не заполняли этот мир, то тем, кто пытается жить, не приходилось бы так страдать.

... и если, по общему признанию, в Нью-Йорке нельзя найти места, где можно побыть одному,  то в то же время большинство его жителей все время борется, чтобы не сгинуть от одиночества.

— Какая же большая разница — ждать чего-то, мечтать об этом — и иметь! — задумчиво произнесла Кэсс.

— Ненавижу похороны,  — произнесла она после длительной паузы, — они не имеют никакого отношения к умершему.
— Ты права, — согласился Вивальдо. — Похороны для живых.

А почему....люди вообще терпят? Наверное, просто не знают, как быть.