В метель и вьюгу

Сильные люди обыкновенно бывают смирны и не драчливы.

На улицах по-прежнему было не видать ни проезжего, ни прохожего.

– Что ж тебе сказать? Сказочку?
– Нет! – подумав, промолвила девочка. – Расскажи мне лучше, как Христос родился… Я один раз спрашивала об этом Аграфену Матвеевну, да она сердилась… «А тебе, говорит, что за дело? Он, говорит, родился не для таких дрянных девчонок, как ты!..» Разве это правда, братец?
– Конечно, неправда! – отвечал рабочий. – Он родился для всех – для дрянных и для хороших.

– Вишь, сегодня сердит больно, разбушевался на беду, – ворчал рабочий. – Не нашел другого-то дня! В самое Рождество этакую кутерьму затеял. Да добро! Нашего брата не проберёшь… Мы и в жару не горим, и в стуже не мёрзнем…
– Ты, дяденька, с кем же разговариваешь? – спросила девочка, высовывая из-под рваного платка кончик своего красного носа.
– С Ветром Ветровичем говорю! – отвечал великан. – Не всё же ему одному зверем реветь, надо и человеческому голосу свою речь повести…

Флюгера на крышах как будто совсем растерялись и в недоумении, с визгом, вертелись туда и сюда, точь-в-точь как люди, застигнутые внезапно налетевшей бедой.

В такую погоду добрый хозяин собаку на двор не выгонит.