Свой круг

Эмоционально тяжелая социально-бытовая повесть, изданная в 90-х. Про бездуховные и уродливые отношения между людьми, которые считаются друзьями и относят себя к интеллигенции. Жесткий реализм советских 80-х. Где-то гротеск, чтобы проняло. Тошно от ситуации, породившую шокирующую развязку повести. Судя по всему, подобные "левиафаны" исчезать не собираются. Можно провести параллели с фильмом Звягинцева.

О том, что сентиментальность и жестокость зачастую "два сапога пара" убедился и на своем и на чужом опыте. Мама парня в повести сыграла на сентиментальности жестоких людей, чтобы добиться "счастья" для сына. Материнскую любовь ничем не вытравишь. Сколько таких мам пожертвовали собой, уехав после развала Союза на заработки, по сути "умерев", чтобы дать будущее детям. Только не говорите, что это неправильно. Сам знаю.

Такие повести помогают более адекватно и всесторонне воспринимать жизнь. Хочется продолжить знакомство с произведениями автора.

Долго думала, какую оценку поставить. Вроде понравилось, а вроде и не очень. Какая-то приблатненность подачи слова есть в этом рассказе у Петрушевской (а может у нее всегда так? Больше ничего не читала у нее, поэтому в замешательстве). Периодами мне казалось, что герои рассказа - яркие представители "золотой" молодежи. Но на деле не такие уж они и молодые. Местами всё это безобразие напоминало бразильский сериал, но концовка обескуражила. Не ожидала такого. Еще неприятно удивило наплевательское отношение родителей к детям. В общем, интересно всё это, нужно читать.

Ого! Вот это было ВНЕЗАПНО. Сначала – довольно сумбурная бытовая повесть, эдакая зарисовка, эскиз советского быта со свойственной пьесам автора общей безыдейностью… Только мелькающие то и дело там и тут такие обыденные в тексте и такие страшные в жизни упоминания о том, что рассказчица начинает слепнуть – будоражили и пробирали. А потом концовка – просто как обухом по голове. Такая себе развязочка, в стиле Агаты Кристи. Сродни коллективным преступлениям в «Восточном Экспрессе», когда преступники все и все подбрасывают по улике, или преступнику-организатору, который умирает не последним на острове, а кончает с собой с помощью дверной ручки и пистолета… Куда там! Тут героиня переплюнула даже это, кажется.

СПОЙЛЕРЫ.
А вела эта пьянка к тому, чтобы ТАК разыграть перед надравшейся в хлам компанией жестоких и пустых людей и такого же уже бывшего мужа насилие над маленьким сыном, ЧТОБЫ они с гневом его реквизировали. Потому что умирает героиня. И не хочет своего сына оставлять детским домам и редким встречам с беспутным папашей и его новой Мариной. Пришлось попрощаться с чадом кровавой оплеухой – с перспективой умирать потом тихо, уходя в кошмар слепоты в пустой квартире и бездне одиночества. Но знать зато, что ребенка вырастят, воспитают и куда-нибудь, да пристроят. Вот вам и женщина-мать.
Вот вам и «очередное ни о чем Людмилы Петрушевской», которого я ожидала от этой вещи.

" Я человек жесткий, жестокий, всегда с улыбкой на полных, румяных губах, всегда ко всем с насмешкой..." Так начинает рассказ о себе героиня, давно разуверившаяся в идеалах юности, в возможности семейного счастья, в элементарной порядочности близких людей... На первый, поверхностный взгляд, жизнь героини мало чем отличается от жизни сотрудницы НИИ времен застоя. Она замужем, воспитывает сына. И общением вроде не обделена: еще со студенческих времен сложился "свой круг", центром которого является семья Сержа и Мариши -лидеров, которыми восхищаются все, кто бывает по пятницам на улице Стулиной. Все, кроме героини. Она не обманывается показной добротой и сердечностью "нашего Божества" Мариши, не делает вид, как остальные, что верит в гениальность Сержа. Она говорит в глаза окружающим неприятные вещи, чем вызывает "приступы ненависти" у окружающих, но по большому счету, им нечего противопоставить ее словам, так как она говорит правду...
Что порождает цинизм героини? Глубоко спрятанная душевная боль от несбывшихся надежд на счастье, несовершенство семейной жизни, женское одиночество... По - своему одинокими являются все героини: и красавица Татьяна, и Ленка Марчукайте, всеми силами старающаяся "зацепиться " в Москве, и жены "стукача" Андрея, и даже "лучшая" из всех дам "круга" - Мариша, покинутая впоследствии мужем...
Жизнь героев, движущаяся по одному и тому же кругу, не лишена смысла только благодаря любови к детям. При этом принято восхищаться одаренной дочерью Мариши и Сержа, коронным номером Татьяны является рассказ о младенчестве сына, а муж героини Коля стыдится своего ничем не примечательного сына Алешу, родившегося от нелюбимой жены.
Но вот у героини, много лет тянущей на себе воз "семейной" жизни, земля буквально уходит из-под ног: сначала от тяжелой болезни умирает мать, вслед за которой она хоронит отца, умершего во сне. И вскоре после этого она находит у себя первые признаки того же заболевания, что свели в могилу ее мать. .. И в это время ее муж уходит к Марише, брошенной Сержем. Героиня нисколько не обольщается ни насчет бывшего мужа, совершенно равнодушного к собственному сыну, ни насчет "своего круга" якобы близких ей людей. Чтобы сын не стал ненужным "довеском" к трехкомнатной квартире, которую, конечно же займет бывший муж с новой семьей, она устраивает жестокий "спектакль", пригласив на Пасху всех завсегдатаев улицы Стулиной. Гости гуляют в ее доме, Мариша "приценивается" к квартире героини, Коля вскользь интересуется, где Алеша ( а на часах первый час ночи) , и получив ответ, что мальчик "гуляет", ложится на диван и засыпает.
На самом деле героиня продумывает все до деталей: она отправляет сына на дачу, запретив возвращаться и звонить. Но ключ от дачи из кармана курточки мальчика забирает. Поэтому уже на рассвете выйдя из квартиры, гости видят Алешу, уснувшего на ступеньках в подъезде. И тут героиня с гневным криком накидывается на мальчика и намеренно бьет его так, чтобы разбить ему нос. Она все правильно рассчитала: " Они все как один, не могли видеть детской крови, они могли разрезать друг друга на части, но ребенок, дети для них святое дело..." "Сердобольные" друзья, вырывают ребенка из ее рук, муж с криком: "Все! Я забираю!..Мразь такая!" - уносит Алешу с собой. Мариша заботливо вытирает кровь с лица мальчика носовым платком. Теперь героиня уверена, что слабохарактерный Коля, не посмеет отказаться от Алеши, ведь с момента, когда у нее "отняли" сына, у их круга появилась новая идея "спасения" ребенка от ненормальной матери. Собираясь отправиться "по дороге предков" мать была вынуждена ударить сына по лицу вместо благословения, жертвуя доброй памятью о себе во имя его будущего.
Такова история женщины конца XX века, на чью юность и зрелость пришлись времена застоя. За красивыми словами о ценности семьи и моральном облике советского человека скрывалась неприглядная правда о моральной несостоятельности мужчин и безысходном одиночестве женщин... Об этом исповедь героини "другой" прозы Петрушевской.

Тогда стоит почитать, конечно же. Вот уж не думал, что восхваляемая многими людьми Петрушевская окажется такой чернухой. "Дом-2" на фоне всех этих "жизненных" историй кажется пристанищем культуры и этики. Мне кажется, в известности автора ещё может играть роль тот факт, что у современного читателя в той или иной мере сохраняется унаследованный от предыдущего поколения "пиетет перед книгой", ведь в советское время книги было сложно достать, соответственно, книга ценилась просто сама по себе. Поэтому читает человек чернуху, но из-за того, что "#этожекнига", она воспринимается как "ну да, пошло, но, видимо, так и надо". Опять-таки, свою лепту вносит характер описываемого — не зря во многих рецензиях фигурирует "так ужасно, что сложно оторваться", иными словами, это игра на человеческих слабостях, интересу к "мерзости". К тому же, действия происходят не в наше время. Сомневаюсь, что "Свой круг" прокатил бы так же успешно, будь там описаны современные реалии. А так, вроде как, "свидетельство былых времён"... Однако, если подумать здраво, то если что-то наподобие описываемого и имело место быть, то в единичных случаях (про которые сейчас любят поговорить-поужасаться во всяких вечерних передачах — думаю, все знают, какого рода).
В общем, могу сказать, что пугает даже, что такие книги вообще существуют. Хочется помыться и забыть прочитанное как страшный сон — без мелодраматических преувеличений. Возможно, кто-то читает данного автора, чтобы, закрыв очередную книгу, вздохнуть и сказать себе: "Ну, видишь, у нас ещё не так всё и плохо". Однако психология подтвердила бы контрпродуктивность данного метода улучшения условий собственной жизни.