Miecz przeznaczenia

— Ти брехливе стерво! — зарепетувала блондинка й плюнула з балкона. — Волоцюга! Фазан надутий!
— За що вона тебе так? Чимось ти провинився, Любистку?
— Та таке, — здвигнув плечима трубадур. — Вимагає моногамії, щоб як дві половинки, а сама кидає у людину чужими штанами.

— Ото ти брешеш, Любистку.
— Не брешу, тільки прикрашаю, а в тому є різниця.

Меня лишили способности чувствовать, чтобы я не мог ощущать, сколь омерзительно мерзостна эта мерзопакость, чтобы не отступал, не бежал от нее, охваченный ужасом. Да, меня лишили эмоций. Но не полностью.

Критерии, на основании которых женщины оценивали привлекательность мужчин,не впервой ставили его в тупик.

-Кто-нибудь уже говорил вам, что вы прелестны? - верещал Лютик, присев на прилавок и весело болтая ногами. - Нет? Не может быть! Это же город слепцов, ничего больше, просто город слепцов. Подходите, люди добрые! Кто желает услышать балладу о любви? Кто хочет воспылать и обогатиться духовно, пусть бросит монету в шляпу. Ты чего туда суёшь, засранец? Медь придержи для нищенок, не обижай медью артиста. Я-то, возможно, прощу, но искусство - никогда!

-Слушай, а у неё в доме нет катапульты? - забеспокоился ведьмак.
-Не исключено, - сказал поэт, задрав голову к балкону. - У неё дома жуткий склад рухляди. Штаны видел?
-А может, лучше уйти? Вернёшься, когда утихомирится.
-Ещё чего? - скривился Лютик. - Возвращаться в дом, из которого в тебя бросают оскорбления и медные котлы. Сей непороч... виноват, непрочный союз я в одностороннем порядке объявляю разорванным. Подождём только, пусть выкинет... О мать моя, нет! Веспуля! Моя лютня!

– кто ты, черт побери? – наклонившись, повторил Геральт. – что ты делаешь в Бро… в этом лесу? как сюда попала?
девочка опустила голову и шмыгнула носом.
– оглохла? я спрашиваю, кто ты? как тебя зовут?
– Цири, – хлюпнула она.

для меня,-размечтался Лютик, - матрац без девочки - не матрац. он - неполное счастье, а что есть неполное счастье?

-торопишься,ведьмак?
-тороплюсь.
-осмотрел я твой меч.
Геральт окинул его взглядом, который при всем желании нельзя было назвать теплым.
-есть чем похвалиться, - кивнул он. - мало кто его осматривал. а ещё меньше тех, кто мог об этом рассказать.

даже те, которые отличаются, могут выжить.