Сплетенные судьбами

— Не уходи безропотно во тьму, — шепчу я ему, в последний раз.
И Кай вдруг улыбается, такой улыбки я никогда раньше не видела. Улыбка дерзкая и беззаботная, которая может повести за ним людей и в огонь и в воду. — За это не волнуйся, — отвечает он.

Ощущение его отсутствия настолько полное, что, если бы оно исчезло, я бы ошеломленно развернулась, чтобы увидеть, что комната пуста, все же пуста, хотя до этого, если не он, то что-то там было.

Иногда я думаю, что становлюсь всесильной, когда что-то ищу.

Огонь — это хитрая штука: он может обжечь, а может согреть.

Слезы — пустая трата влаги, уговариваю я себя, но все равно не могу сдержать их.

Потому что, если дело подходит к концу, ты никогда не можешь выбрать, что именно сохранить. Ты можешь только выбрать, как тебе с этим расстаться.

Некоторые люди думают, что на высоте звезды кажутся ближе.
Это не так.

Теперь я вспомнил, о чем лгал самому себе все это время.

Его пальцы крепко переплетаются с моими, и я чувствую, что занимаю свое место в его истории.

Знаешь ли ты, что означает для кого-то, покинуть тебя по собственной воле?

Это слишком прекрасно, чтобы длится долго.

У меня появляется чувство, что мы еще не прибыли, все еще пытаемся добраться. Друг до друга. До тех, кем мы должны быть.

Любовь тоже имеет различные оттенки. Например, когда я любил Кассию, думая, что меня не любят в ответ. Или, когда я любил ее на Холме. Или та любовь, которую я испытываю к ней сейчас, когда она пришла в Каньон в поисках меня. Она другая. Более сильная. Я думал, что любил и желал ее раньше, но сейчас мы идем по ущелью вместе, и я осознаю, что это гораздо больше, чем новый оттенок. Это целый новый цвет.

Даже сквозь панику, я слышу музыку в его глубоком голосе, звуки пения. Закрыв глаза, представляю, что у нас с ним одно дыхание на двоих, что мы единое целое.

Я воображаю себя еще более маленькой, чем я есть сейчас. Ползущая внутри кокона, крепко закутанная в нем, как в настоящем покрывале. И я не придумываю, как вырваться из него. А просто прячусь внутри, стараясь увидеть, что смогу.

Ее рисунки практически жили своей жизнью — они сияли и исчезали и появлялись снова под ее руками. Они были прекрасны всегда, и потому, как выглядели, пока жили, и потому, что никогда не сохранялись надолго.

Если меня разрезать, то можно увидеть, что тело удерживают не кости, а волокнистые сухожилия, похожие на свисающие с дерева полоски коры.

- Кай