11/22/63

— И никаких признаков твоего присутствия. Не могу даже описать, какая на меня навалилась тоска. А потом... — Она улыбнулась Ослепительно, несмотря на шрам. — Потом я увидела этот красный "шеви" с этими глупыми задними плавниками, которые выглядят как женские брови. Яркий, будто неоновая вывеска. Я закричала и барабанила кулаком по прибитому щитку, пока не заболела рука. Теперь я здесь...
Тихий хруст донесся справа и спереди, а в следующее мгновение нас уже тащило к фонарному столбу. Из-под автомобиля донеслись тяжелые удары. Я крутил руль. Он вырывался из моих рук, но мне все-таки удалось избежать лобового столкновения со столбом. место этого столб вошел в контакт с бортом автомобиля со стороны Сейди. Металл противно заскрипел по металлу. Дверь прогнулась внутрь, и я рывком дернул Сейди на себя. Мы остановились. Капот громоздился на тротуаре, автомобиль вжался правым бортом в фонарный столб. Это тебе не спустившее колесо, подумал я. Это гребанная травма, несовместимая с жизнью.
Сейди в изумлении смотрела на меня. Я рассмеялся. Не нами сказано, что иногда ты просто ничего не можешь с собой поделать.
— Добро пожаловать в прошлое, Сейди. Так мы здесь живем.
<...>
Она не смогла вылезти из автомобиля со своей стороны. Требовался лом, чтобы открыть дверь со стороны пассажирского сиденья. Несколько человек наблюдали за нами, но не так чтобы много.
— Эй, что случилось? — спросила женщина, толкавшая перед собой коляску с младенцем.
Все стало понятно, как только я обошел "шевроле" спереди. Отскочило правое переднее колесо. Оно лежало в двадцати футах от нас, у начала прорезанной в асфальте канавки. Ступица, вся в зазубринах, блестела на солнце.
— Отвалилось колесо, — объяснил я женщине с коляской.
— Господи, — выдохнула она.

— Не знаю.
— Ты уедешь? Потому что я не уверена, что выдержу, если тебе придется уехать. Раньше я бы скорее умерла, чем произнесла эти слова, но после кошмарных месяцев, которые я провела в Рино, все изменилось. Потерять тебя навсегда... — Она медленно покачала головой. — Не уверена, что я это переживу.
— Я хочу жениться на тебе.
— Господи, — выдохнула она. — Когда я уже готова сказать, что этого никогда не случится, Джейк-он-же-Джордж делает мне такое предложение.
— Не прямо сейчас, но если следующая неделя пройдет, как я рассчитываю... ты выйдешь за меня?

— Круто-круто-круто! Этот странный взрослый выдает еще один классный...
— Бип-бип, Ричи, — прервал егоя. Конечно же, он расхохотался. — Теперь пробуй ты. И разработайте сигналы рук для всех движений, что сложнее двух притопов на местных танцульках. Если и не выиграете конкурс талантов, все равно выглядеть будете хорошо.
Ричи взял Беверли за руки, и они начали танцевать. Сблизились, отодвинулись, пошли с вращением Беверли налево, потом с вращением направо. Она нырнула ногами вперед между расставленных ног Ричи, ловкая, как рыбка. Потом Ричи вытянул ее назад. Закончила она эффектным переворотом, приземлившись на ноги. Ричи снова взял ее за руки, и они все повторили. Во второй раз вышло лучше.
— Мы сбились с ритма, когда я вытаскивал тебя, — пожаловался Ричи.
— Вы не собьетесь, когда пластинка будет крутиться с нормальной скоростью. Поверь мне.
— Мне нравится, — ответила Беверли. — Словно смотришь на все через увеличительное стекло. — Она поднялась на цыпочки и повернулась на триста шестьдесят градусов. — Я чувствую себя актрисой Лореттой Янг в начале шоу, когда она выходит в развевающемся платье.
— Меня кличут Артур Мюррей, я из Миз-У-У-У-ри, —прокричал Ричи. Он тоже выглядел крайне довольным.
— Сейчас я увеличу скорость, — предупредил я. — Помните ваши сигналы. И выдерживайте ритм. Все дело в ритме.