Тщета, или крушение Титана

Англия - хорошая страна, господа, из которой иногда следует убраться.

Если в мужчине нет стержня, то он рано или поздно окажется в сточной канаве...

Ты прекрасно знаешь, конечно, что ничего не могло быть сделано — ни избежать это ужасное бедствие, ни спасти жизни после него».

Она была женщиной, и постольку искушенный в женщинах судья разрешил ей изложить дело по-своему.

В Нью-Йорке есть дома, наполненные атмосферой такой чистой, такой возвышенной, такой восприимчивой к чувству человеческой беды и неудачи, что их обитатели совершенно свободны от всех раздумий, кроме как о духовном содействии злосчастному человечеству. В такие дома не вхожи ежедневные газеты, живущие за счет собирания новостей и сбыта сенсаций.

«Это не мое дело, но ты просто бесподобный по части выпивки. Ты два месяца воздерживался, собираешься ли возобновить?»
«Больше никогда», сказал Роуланд, поднимаясь. «У меня теперь есть будущее, и уже есть прошлое».

Зачем неудача в отношениях с одной из миллиона женщин, живущей и любящей, способна возобладать над всеми жизненными благами и, вывернув естество человека его адской стороной, погубить его?

Когда назвали его имя, его вытолкали через дверь вдоль цепи из полицейских — каждый из которых усугубил свою полезность, толкая его к скамье подсудимых, под проницательные глаза усталого на вид судьи с суровым лицом

Затем, под аплодисменты толпы, нью-йоркский полисмен поволок по улицам человека, одолевшего в поединке голодного белого медведя, словно он был больным животным. Ибо таково идиотское следствие всеобщей цивилизованности.

Может ли неверующий, со всей его рассудительностью, оказаться таким злополучным, что из своей беспомощности он обратится за помощью к воображаемой силе?