920 книг, которые хотелось бы прочесть в первую очередь
vwvw2008
- 939 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Александр Куприн открылся для меня с новой стороны, я и не подозревала, что он был связан с полётами. Я читала эту книгу с замиранием сердца.

Рассказ о летчиках Гатчинской авиашколы
«Потерять сердце – это для лётчика значит, потерять божественную свободу разгуливать в небесном пространстве…… Эта странная болезнь постигает свою жертву без всяких последовательных предупреждений. Она является внезапно и причин её не сыщешь» (с)
Здесь как раз автор и расскажет нам историю одного такого потерянного сердца.
Я не люблю малую прозу, стараюсь избегать её. Но рассказ выпал по игре на ЛЛ и отказаться было нельзя.
Историей я не прониклась. Мне не хватило глубины.
Не претендую на 100%-уверенность в задумке автора, но по мне, причина потери сердца именно Феденьки Юркова банальна и глупа. Особенно, если учесть, что Федор не безусый мальчишка, а уже многое повидавший мастер своего дела.
P.S.: так здорово, когда в книге встречаешь знакомые места). В Гатчине была прошлой весной. Проходила мимо Приоратского замка, гуляла по залам Гатчинского дворца.

Потерять сердце — это для летчика значит потерять божественную свободу разгуливать в небесном пространстве по своей воле на хрупком аппарате, пронизывать облака, спокойно встречать дождь, снег, ураган и молнии, ничуть не теряясь оттого, что ты совершенно не знаешь: летишь ли ты во тьме, на юг или на запад, вверх или вниз.

Ницше называл прусский берлинский язык плохой и бездарной пародией на немецкий

В то время, незадолго до войны, и в первые годы войны чрезвычайно, даже чрезмерно многие молодые люди жадно стремились попасть в военную авиацию. Поводов было много: красивая форма, хорошее жалованье, исключительное положение, отблеск героизма, ласковые взгляды женщин, служба, казавшаяся издали необременительной и очень веселой и легкой. Реже других попадали в авиационные школы люди настоящего призвания, прирожденные люди-птицы, восторженно мечтающие о терпких и сладких радостях летания в воздухе, те люди, о которых Пушкин говорил:
Все, все, что гибелью грозит,Для сердца смертного таитНеизъяснимы наслажденья,Бессмертья, может быть, залог!
Но надо сказать, что эти разверзатели пространств, эти летуны милостью божиею удивительно редко встречаются в природе, и к тому же они совсем лишены великих даров назойливости, попрошайничества и втирательства через протекции.




















Другие издания


