Волчок

А толпа продолжает своё хаотичное движенье. Она льется, меняет цвет от серого к темно-серому, то вдруг окрашивается прожилками красного или синего, она гудит, она клокочет, она вскрикивает, она то ускоряется, то замедляет свой ход, она то густеет, то редеет, она откликается на призывы диктора, она не откликается ни на какие другие призывы. Она страшна и смешна. Она однолика и разнообразна.

я пошла на кладбище. Мне хотелось там что-то найти. Не знаю, что именно. Может быть, себя…

Я курила и пыталась вспомнить, о чем мы когда-либо разговаривали с матерью. О чем мы с ней говорили? И не могла вспомнить ничего. Мы не говорили с ней никогда. Все наши разговоры были пустыми, никчемными. Или мы просто молчали. Я хотела ей сказать много, но не могла. Почему-то. О чем же мы будем говорить теперь?

Мать не знала, кто сделал ей такой подарочек. А вычислить было очень сложно — в её жизни было много случайностей…

Да куда денется, когда разденется.

Я рассказывала, рассказывала ему. Рассказывала про своё придуманное счастье, про своё волшебное детство. Рассказывала про всё, всё, всё, чего не было в моей жизни. И он верил во всё это. И мне не было стыдно. Потому что я тоже верила.