Цитаты из книги Путь в Версаль

- Черт меня подери, а я и не надеялся увидеть вас снова, Анжелика! Я часто спрашивал себя, что с вами сталось.

• Может, себя вы и спрашивали, но признайтесь, что узнать даже и не пытались.

Люди опошляют все, до чего дотрагиваются. Бог дал людям святое - религию, но они сделали ее оружием убийства, лицемерия и ханжества.

Со дна поднимаются не так скоро, как опускаются туда.

Прошлое на то и прошлое, каким бы разрушительным оно ни было. Главное не в этом. Главное - это, когда судьба бросила вас в грязь, суметь собрать все силы, встать и, шаг за шагом побеждая отчаяние, двигаться вперёд, открывая своё сердце навстречу грядущему.

-Вы заставили меня сыграть ещё более гнусную роль, чем я могла предположить, - сказала Анжелика Молину. -Если вы уже выбрали для себя гнусную роль, мадам, то степень гнусности не столь важна.

"Вот почему я любила его, - подумала Анжелика. - Это был человек высшей степени совершенства. Его изуродованное лицо ничего не значило. Он был умен, мужественно, прост. И это совершенство я потеряла навсег

"Вот почему я любила его, - подумала АнжеликаАнжелика. - Это был человек высшей степени совершенства. Его изуродованное лицо ничего не значило. Он был умен, мужественно, прост. И это совершенство я потеряла навсегда." Анжелика о графе де Пейраке.

Надо работать, господин Бурже

Каждый выдуривал деньги по своему

Нужно иметь что-то в голове, чтобы править в нашем королевстве

Этот красивый дом, в котором никто никогда не жил, казалось, немного постарел от переживаний. Мадам Марен [Анжелике] всё время чудился призрак графа. Казалось, чья-то тень всё время ходит по дому, но всё было тихо. «Призрак — какая грустная судьба, — думала она. — Он так любил жизнь во всех её формах». (Анн и Серж Голон. Книга 2. «Путь в Версаль»)

Ей снова виделся её муж, граф Жоффрей де Пейрак, этот странный пленительный человек, который за свою неуклюжую хромую ногу был прозван «Великим Хромым из Лангедока». Это был великий учёный, большой артист. Он обладал незаурядным умом, был велик во всём и быстро завоевал симпатию и любовь окружающих, и его жена, вначале неприступная и дикая, стала постепенно женщиной, страстно любящей его. (Анн и Серж Голон. Книга 2. «Путь в Версаль»)

Деньги собирают на земле, а чтобы их собрать, надо наклониться. (Анн и Серж Голон. Книга 2. «Путь в Версаль»)

Такова уж её судьба, огонь любви должен воспылать в ней с новой силой, чтобы удержать на пьедестале красоты. (Анн и Серж Голон. Книга 2. «Путь в Версаль»)

Ты как призрачное видение, как ночная бабочка, как фея... Всем мужчинам, которые были с тобой и любили тебя, эта любовь принесла смерть или душевные страдания. (Анн и Серж Голон. Книга 2. «Путь в Версаль»)

Но вот в дымке горизонта она увидела высокую искрящуюся громаду. Лучи солнца рассыпались сверкающими бликами, и казалось, что они впитали в себя весь свет этого весеннего утра. — О, что это?! — воскликнула пораженная мадам дю Плесси. Извозчик улыбнулся, покручивая усы. Сердце Анжелики затрепетало, как пойманная в клетку птичка, готовое разорвать грудь и выпорхнуть на свет божий. — Это Версаль, мадам маркиза. (Анн и Серж Голон. Книга 2. «Путь в Версаль»)

Но что это! Казалось, богиня весны воплотилась в этой незнакомой женщине, которая приближалась к государю. Солнце окружило её ореолом, исходившем от ожерелья и остальных украшений. Это было невероятно. (Анн и Серж Голон. Книга 2. «Путь в Версаль»)

Король повернулся к мадам дю Плесси. — Хорошо, — монарх величественно оперся на трость. — Версаль принимает вас, мадам. Добро пожаловать. Затем он добавил чуть тише: — Мы счастливы видеть вас снова. (Анн и Серж Голон. Книга 2. «Путь в Версаль»)

— Вы любуетесь Версалем, мадам? — спросил он. Анжелика, сделав грациозный реверанс, ответила: — Сир, я благодарю вас за то, что вы создаёте такое великолепие для ваших подданных. История будет вам признательна. (Анн и Серж Голон. Книга 2. «Путь в Версаль»)