Ртуть

Это было странно. Этакая притча о том, что тюрьма у нас в голове. Действиями персонажей руководит Амели Нотомб, а вовсе не здравый смысл. Или они очень тупые. И да, многовато роялей в кустах.
Так и быть, о сюжете. В замке посреди острова заточена обезображенная девушка в компании прислуги и похотливого старикашки. Он ее некогда спас, а теперь она испытывает нечто вроде стокгольмского синдрома. Для излечения несчастной (не от синдрома, а от ОРВИ) прибывает медсестра (кстати, почему не доктор?). Ну и заверте. Выяснилось, то всё совсем не так, как кажется. Сплошной символизм и отсылки, не для средних умов.

"Ртуть" была прочитана совершенно случайно. Прочитав свою первую книгу у Амели Нотомб и не вдохновившись ни "мастерскими диалогами", ни многообещающим сюжетом, я решила больше не тратить на нее свое время. Решила, ага.
На скучнейшей лекции я скачала первую попавшуюся ее книгу (памятуя о небольших объемах и незамысловатости), и...и слишком уж быстро пролетело время. Первую половину я проглотила на той самой лекции и задумалась, а не погорячилась ли я? Нотомб, она ж вот что придумала, интрига интриг: старикан, не по годам прыткий в постели, держит у себя молоденькую девушку, чудом спасшуюся от бомбежки. На острове держит, в изоляции. По-моему, так шикарный сюжет.
Но вторая половина пошла не так удачно. Одна лишь задумка меня больше не удерживала, раздражение от помпезных диалогов ("Я - спаситель, я оградил бедняжку от буржуазной пошлости") потихоньку нарастало, но я все еще надеялась на фееричный финал.
Финалов внезапно оказалось 2. Нотомб в итоге так и не смогла решить, какой из них подходит больше и расписала оба. И это, по-моему, лучшая часть книги. Несмотря на то,что в обеих концовках "жили долго и счастливо", причины этому диаметрально противоположны. За это я и накинула еще одну звезду.

P.S. На следующий день пересказала другу сюжет, пообсуждали сексуальную активность старика. Минут через 5 слышу, Никита напевает:
"Мачо, мачо, плачет старичок,
Звонит мне дважды в час.
У него склероз, а это значит -
Каждый раз у нас как в первый раз...".
И вдруг понимаю, что сама неосознанно пела это утром, пока собиралась.
Коллективное сознание, хе.

какая гадость! какая гадость эта ваша заливная рыба!(с)
болталась эта книга в ридере год. несмотря на небольшой объем, она каждый раз при открытии вгоняла меня в непонятный ступор.
какая-то она совершенно никакая.
нелепая и абсурдная история.
весь сюжет можно охарактеризовать как: остров, сумасшедший и две дуры. по-разному глупые, но все-таки, дуры. обе ударяются в крайности. одна привычна к рабству и свобода ее пугает, а вторая не понимает этого и упорно (чуть ли не ударяясь головой об стену) "добывает" для нее правду и свободу. а по сути, правда эта бессмысленна. ну, бесполезно навязывать свою точку зрения человеку, которому она не нужна, а правда вызовет у него резкое отторжение. ведь под одну мерку всех подогнать невозможно. кто-то хочет свободы, кому-то по нраву, рабство.

Амели Нотомб «Ртуть». Ранее читала «Косметику врага», «Метафизику труб» и «Серную кислоту», именно в таком порядке. По мере прочтения угасало восхищение автором, возникшее после «Косметики врага».
Не могу сказать, что «Ртуть» меня разочаровала, однако, ожидала я много большего. Для начала, вся интрига, связанная с внешностью Хэзел была убита парой неосторожных фраз в аннотации. Сюжет развивается довольно предсказуемо, но как-то рывками. Особенно это заметно в эпизоде с ртутными термометрами.
Читается довольно легко, что, пожалуй, плюс. Но единственное, что, в принципе, цепляет в книге – это данная читателю возможность выбрать для себя оптимальную концовку из двух предложенных. Не могу сказать, что мне особо пришлась по душе какая-то из них, но в каждой есть довольно интересные моменты.
Первый вариант – типичный слащавый хэппи энд, которого я и ждала полкниги. Мило, но не реалистично, слишком идеально. Второй – это уже нечто получше, но не особо.
По сути, обе концовки различаются одним персонажем, Франсуазой. В первом варианте она остается все той же провинциальной медсестрой, отчаянно пытающейся добиться справедливости. Во втором она становится уже некоторым собирательным образом, показывая всю темноту человеческой души.
Хуже всего то, что обе концовки имеют одинаковый слащавый конец для Франсуазы и Хэзел. Видимо, здесь Нотомб решила ничего не менять.
Ну а Хэзел просто дура.
Пожалуй, больше я не обращусь к творчеству мадемуазель Нотомб. Раньше маленькая была, глупая, слишком серьезно воспринимала «глубину» подобной литературы.

В моем ЖЖ

Буду немногословен, книга понравилась, однако нереальность происходящего меня утопила, как девушка могла не знать о том, как она красива, хотя бы дотронувшись до своего лица руками можно все понять, ведь это просто разрушает весь роман, если принять факт невозможности иллюзии созданной стариком, понимаешь, что весь роман пустословие. Но чтение захватывает конечно, потому что Нотомб пишет всегда так, что оторваться не возможно, ее книги это сплошь диалоги, но в этих диалогах вся суть, весь интерес и почти никогда ничего лишнего.

Второго марта 1923 года Франсуаза Шавень, лучшая медсестра больницы города Нё, была вызвана директрисой, чтобы узнать, что теперь она каждый день будет ездить на соседний остров к Капитану, сумасшедшему старику. При этом все ее вещи и саму девушку будут тщательно обыскивать. Она не имеет права ни одним словом или жестом давать понять, что происходит на острове и за кем она ухаживает. А ухаживает она за девушкой Хэзел, молодой возлюбленной Капитана, которая уверена, что лицо ее навсегда изуродовано взрывом.

Первый прочитанной мною роман у Нотомб, «Гигиена убийцы» оказал на меня огромное впечатление. Он показался мне необычным, стильным и потрясающе проработанным. Я слышала, что Нотомб издает только самые лучшие свои романы, пряча в столе еще огромное количестве неизданного.

Поэтому я очень много ждала от "Ртути". Но то, что я получила, совсем не отличалось от "Гигиены убийцы". Я прочитала тот же самый роман, но с другими именами и в других декорациях. Конечно, они не совсем идентичны, но параллели настолько очевидны, что я была просто разочарована. Мне кажется, большим промахом издательства было ставить эти два произведения в один сборник.