Невеста императора

— Вы знаете, леди Александра, на днях в замок доставили страшное чудовище! — воодушевленно сообщила леди Фелисиана.

— Чудовище? Зачем? — удивилась Александра.

— Ну, скорее всего его отправят вместе с армией усмирять недовольных, чтобы не вздумали устраивать восстаний или не наделали разных неприятностей!

— Недовольных? Но ведь император Сайрис, вы сказали…

— Недовольные всегда есть, при любой власти, — резонно заметила сестра леди Фелисианы. — Эти смутьяны портят жизнь честным людям, мешают спокойно жить, так что император Сайрис правильно поступил, что привез это чудище.

— Брось эти глупости, дорогая женушка, и иди ко мне. Как ты, надеюсь, помнишь, за тобой числится один должок!

Он тут же понял, что зря распустил язык, потому что глаза Александры зло прищурились, и Сайрис почувствовал, что своими словами лишь разбудил в ней злость, которая подпитала ее силы. Мрачно усмехнувшись, Сайрис подумал, что сколько бы леди императрица не злилась, ее силы все равно рано или поздно иссякнут, и, по-видимому, она сдастся раньше, чем император истратит весь запас своих сил. И тогда… тогда он покажет ей, что такое настоящий кошмар! Оставалось лишь позаботиться, чтобы при таком раскладе девчонка сама не полезла под серебристое лезвие его слепленного из сгустка смертоносной энергии сияющего меча.

Тем временем Александра почти неподвижно стояла, подняв правую руку, от которой во все стороны разлетались отблески на невидимом щите, воздвигнутом ею между Сайрисом и повстанческой армией. На то, чтобы мешать камням Эрин пролетать сквозь эту преграду, Александре не хватило бы сил, да и они с Дамианом заранее договорились, что девушка будет сдерживать только Сайриса. Луч, исходивший из ладони императора, теперь непрерывно сверлил преграду высоко над головой Александры с тем, чтобы в случае его успеха, императрица осталась жива.

Остальные встали ни свет ни заря, и еще не покинув терема, Александра слышала лязг оружия, тщательно проверяемого, затачиваемого и начищаемого перед битвой, скрип колес нагружаемых телег, громкие голоса полководцев, отдававших приказы своим подданным. Сжав зубы, бледная и напряженная, но собиравшаяся внешне сохранять полное спокойствие, императрица появилась веред воинами свежая, выспавшаяся, в своей привычной одежде: простых штанах и рубахе, перепоясанной кожаным ремешком. Каштановые волосы Александры были перехваченными на затылке тесьмой, глаза с сузившимися от яркого света зрачками ярко блестели из-под длинных ресниц.

– А мне всегда казалось, что волшебники чаще берут к себе в обучение мальчиков, а не девочек, - пробормотала она задумчиво.
– Тригор говорит, что воспитывать великую волшебницу куда интересней, чем, скажем, волшебника мужского рода.
– Почему?
– Вы в принципе сами уже ответили на свой вопрос, - усмехнулся Ян. - Девочки более непредсказуемы в обучении, поэтому их и правда намного реже можно встретить среди учеников великих волшебников. Но Тригор не ищет легких путей, он убежден, что в женщинах больше того, что он называет житейской мудростью.