Цитаты из книги Навеки твой

Это была самая печальная улыбка, которую я когда-либо видел, это была улыбка женщины, стоящей на краю могилы и спрашивающей: «А что, разве жизнь уже кончилась? Так скоро?» Это была улыбка ребенка, впервые увидевшего море и спрашивающего: «Это и есть море? Такое пустое».

Я смотрел в потолок. Там еще не догадались пробить дырку, чтобы через нее бросать золотые монеты мне прямо на голову. Со всех сторон мне обещают деньги, но по какой-то причине эти деньги так и не доходят до моего почтового ящика. Может, что-то не в порядке на почте?

Февраль – это коренастый мужчина где-то в лесу, с инеем в бороде, в вязаной шапочке, надвинутой на лоб, с по-зимнему блеклыми, глубоко посаженными на широком лице глазами. Март – это только что проснувшаяся женщина. Она нежится в постели, прячет свое лицо от лучей солнца, падающих на нее, и еще сонным голосом спрашивает у тебя: «Уже утро?»

- Как живется в таком доме? Как в холодильнике. Молоко внизу не разговаривает с кубиками льда в морозилке, а сыр не обмолвится словечком с остатками вчерашнего обеда. Это просто место, где ты живешь, куда приводишь своих друзей, откуда выгоняешь своих мужей. Но здесь не заводишь ни новых друзей, ни новых мужей.

Никогда не надо оборачиваться. Потому что тогда начинаешь скучать, еще не успев распрощаться.

В сущности, никогда ничего нельзя скрыть от детей. Они знают все. Это какое-то врожденное качество, что-то в крови или в сердце.

Чтобы ощутить красоту природы, надо влюбиться.

Когда безвременно умирает кто-нибудь из знакомых, начинаешь ощущать бессмысленность всего окружающего.

На моем счету в банке давным-давно ничего нет. И если сейчас туда что-нибудь положить, он просто-напросто этого не переварит.

Любовь – вещь одинокая, как красивый камешек, который ты нечаянно найдешь на пляже и потом носишь в кармане брюк, тех, что редко надеваешь. Но он лежит там в шкафу, и ты знаешь об этом. Он может быть с тобой всю жизнь – от рождения до смерти, – ты и об этом знаешь. Любовь слепа, как камень, и одинока, как пустынный пляж, и ты знаешь об этом тоже.

Жизнь – это рецепт, выписанный неопытным врачом ночью в дежурной больнице почерком, который невозможно разобрать. Аптекарь – как и все мы – воспользуется предоставленной ему возможностью. Такова жизнь. Если рецепт понятен, ты выживешь. Если получишь не то лекарство, тебе посчастливится умереть.

Любовь – плохой стрелок: она редко поражает две цели одновременно.

Это трудный и несчастный возраст, возраст сомнений, от которого окончательно никогда не освобождаешься – так и носишь его в душе многие годы, как старые шрамы. Я никогда не скучал по этим годам. Бывало, мне хотелось, чтобы мне снова было семь лет, хотелось вернуть свои двадцать семь. Но я никогда не мечтал вернуться в семнадцать.

Правда – опасное понятие. Никогда не знаешь, в какой момент она начинает расти и вдруг становится чрезмерной.

Никогда не следует откладывать на потом то, что можно сделать сейчас. Потому что никогда не знаешь, что ждет тебя завтра. Может, ты будешь лежать, истекая кровью, в чужой прихожей, так и не поняв, что же произошло.

Можно говорить что угодно, но факт остается фактом: разводы никого никогда не молодят. Каждый развод оставляет следы на лице, да и не только на лице – остаются и другие, более серьезные следы, незаметные постороннему глазу.

У каждого есть «женщина его мечты», ведь правда? Когда же наконец ее встретишь, то почувствуешь, что у тебя впереди масса времени – вся жизнь и ты можешь подождать, только бы под конец она все-таки к тебе пришла.