Под конвоем заботы

Наверно, во всем этом не было бы ничего дурного, если бы все было в открытую, если бы не беспрестанное нытье об порченности других, разглагольствования об их вонючем целибате, не сетования на распущенность молодежи да и всего рода людского — уж по крайней мере не из уст Кольшрëдера!
Благочинный распад, сытое, со вкусом и по последней моде, комфортабельное разложение — нет, ему просто больно видеть, и потом, черт побери, как они исхитряются обойтись без детей, ведь должны же они что-то предпринимать, что из того, что другим запрещают? Тогда кто, черт возьми, в чем и перед кем должен исповедоваться, кто кому и что отпускать?