Bücher, Bücher!

По правде говоря, он почти забыл, что значит чувствовать тепло внутри. Тепло, которое само по себе. Ради которого не нужно убивать. Человеческое дыхание на миг задержалось на его губах и исчезло, смешавшись с туманом. Удержать такое тепло вампиру так же трудно, как человеку — хлопья снега на раскрытой ладони.

Трое смертных! Первое, второе и десерт! Впрочем, напившись крови Профессора, гости будут страдать от желудочных колик еще год, а вворачивать в разговор цитаты из Аристотеля и того дольше.

На него накатила тоска, какую чувствует жених на пороге церкви, когда отец его невесты щелкает затвором карабина, будущая теща легонько щекочет ему спину кухонным ножом, а сама невеста агукается со своим семимесячным животом.

• Вот еще, стану я думать, когда и так все ясно. Видишь ли, с предыдущими советами ничего не получилось, потому что они вынуждали меня идти против моей природы...
• Особенно "пригласите подругу собирать полевые цветы".
• Право, не представляю, отчего Альфред так перепугался?
• Сударь, вы вывели его в поле ночью, дали в руки лопату и приказали копать...
• А как еще мы достали бы эти треклятые цветы? Снег ведь был по колено.

Быть может, и укус вампира — не такая уж страшная вещь? Особенно если расслабиться, смотреть в потолок и думать о родине?

Ну почему нет справедливости ни в жизни, ни после нее?

— Ты хотя бы знаешь, как проходит инициация? — спросил он вслух.
— Спрашиваешь! Конечно знаю! — закивала Сара.
Еще в детстве бабушка провела с ней семинар на тему «Введение в вампироведение.» Открывался он словами «Если ты немедленно не доешь свою кашу, за тобой придет фон Кролок…»

— Что ж, Альфред, если это тебя позабавит. — сказал Герберт, само милосердие. — Стреляемся завтра, перед Балом. Но имей в виду — если мы будем опаздывать, ты поможешь мне с завивкой!
Юноша кивнул, но не ушел, а продолжил топтаться на месте, с мольбой глядя на графского сына.
— Да, Альфред?
— Виконт, вы не могли бы мне перчатку вернуть? — потупился бесстрашный убийца вампиров. — Здесь очень холодно, а меня другой пары нет.

.. Эпизод, когда он пробрался в монастырскую школу, но вместо спальни воспитанниц попал в келью к матушке-настоятельнице.

— Бедняжка! — воскликнул жалостливый Альфред.

— Да, его и правда жаль. Синяки от четок сходят очень долго.

Да, представляю себе физиономии остальных участников, этих старых пней, которые считают, что знакомы с кровопийцами лишь на том основании, что в детстве пошли за клюквой на болото, где их здорово покусали комары.

Находятся среди немертвого племени и такие личности, которые вообще стараются ограничить употребление крови. Ведь из-за этой жидкости благородный, бледно-зеленый цвет лица меняется на плебейский румянец! И вообще она портит фигуру. Кроме того, еще неизвестно какие красители и добавки в ней намешаны. Вся эта индустриальная революция, с фабричным дымом и загрязнением рек, негативно сказывается на качестве гемоглобина. Нет, не найдешь уже такой отличной крови как, скажем, в благословенном 1616...

Хотя я танцую грациознее всех, меня загонят за клавесин. Всю ночь буду чувствовать себя Бетховеном наоборот!
— Это как?
— Это когда ты играешь, а вокруг все глухие.