Делириум

— А ты уверена, что быть как все — это значит быть счастливой?
— Я не знаю, как по-другому.

В этом вся суть — того, что было, не вернешь.

Все, даже самые великие события, начинаются с чего-то незначительного.

Может быть, в этом и есть секрет общения с парнями, может, просто надо всё время злиться на них?

Любовь - самое смертоносное оружие на свете: она убивает и когда присутствует в твой жизни, и когда ты живёшь без неё.
Но это не совсем так.
Приговор и приговорённый. Палач; топор; отмена приговора в последнюю секунду; глубокий вдох всей грудью и небо над головой.
Благодарю, благодарю, благодарю Тебя, Господи!
Любовь, она убивает и спасает.

«Догони Мэри» (детская игра в ладушки времен блицкрига). Из книги «История игр»

Самое лучшее, что есть в этой книге, это подобные эпиграфы. :)

Мы верим в мир без стен, мы любим до ненависти, до самоотречения, мы не оставляем надежды и не знаем страха.

Смысл жизни в том, чтобы найти то, что для тебя важнее всего, и держаться за это, драться и защищать.

Сегрегация у нас не там,где надо. Надо,чтобы она охраняла нас от тех людей,которые в конце концов оставят нас, от тех, кто исчезнет или забудет о нашем существовании.

..прошлое может утянуть за собой,вниз,вниз,вниз;оно хочет,чтобы тебе казалось: в шорохе трущихся друг о друга ветвей и шепоте ветра заключен некий код; оно хочет ,чтобы тебе захотелось вновь соединить когда то разрушенное.Не верь. Это безнадежно. Прошлое- не что иное, как тяжкий груз.Накапливаясь в тебе,он будет тянуть вниз, как камень на шее.

You can't be happy unless you're not happy sometimes!

Нельзя стать счастливым, не испытав несчастья!

Прошлое может утянуть за собой, вниз, вниз, вниз; оно хочет, чтобы тебе казалось: в шорохе трущихся друг о друга ветвей и шёпоте ветра заключён некий код; оно хочет, чтобы тебе захотелось вновь соединить когда то разрушенное. Не верь. Это безнадёжно. Прошлое – не что иное, как тяжкий груз. Накапливаясь в тебе, он будет тянуть вниз, как камень на шее.

Но у меня есть тайна. Вы можете построить стены до небес — я найду способ перелететь их. Вы можете пригвоздить меня к земле сотнями тысяч рук — я найду способ высвободиться. И нас там, на воле, много — больше, чем вы думаете. Людей, которые продолжают верить. Людей, которые отказываются спуститься на землю. Людей, которые живут и любят в мире, где нет стен. Людей, которые любят, даже если нет надежды, любят до ненависти, до смерти — и без страха.

Все, кому ты доверяешь, все, на кого, тебе кажется, можно положиться, в конце концов предают тебя. Когда у людей появляется своя жизнь, они начинают лгать, скрытничать, потом изменяются и исчезают. Кто-то за новым лицом или личностью, кто-то в грустном утреннем тумане, за скалой на берегу океана.

... чем чаще ты врёшь, тем легче тебе это даётся.

Все эти дома, эти люди как сонные мухи, эта теснота и спертые запахи, и бесконечные правила. Куда ни повернёшься — повсюду стены и правила, правила и стены. Я чувствовал себя как в клетке. Нас заперли внутри границ.

Любой выбор ограничен.