Долгое чаепитие

“There are some people you like immediately, some whom you think you might learn to like in the fullness of time, and some that you simply want to push away from you with a sharp stick.”

Always expecting this and expecting that. May I recommend serenity to you? A life that is burdened with expectations is a heavy life. Its fruit is sorrow and disappointment. Learn to be one with the joy of the moment.

Такую мысль ему подкинуло его подсознание — самая вредная часть человеческого рассудка, которая никогда не отвечает прямо на вопросы, а лишь делает намеки и потихоньку что-то нашептывает, ничего толком не говоря.

— Вечно ты надеешься. И не надоело тебе? Я бы рекомендовал тебе побольше безмятежности. Жизнь, обременённая несбывшимися надеждами, — тяжёлая жизнь. Плоды её — горечь и разочарование. Лови, мой милый Бейтс, мгновение наслаждения и не горюй о том, что не сбылось.

Теперь понятно, почему в аэропортах вечно рыскает множество всяких сект в поисках новообращённых. Они хорошо знают, что люди в высшей степени несчастны и растеряны и потому готовы последовать за каждым, кто укажет им хоть какой-то путь.

Все проститутки и сутенеры, все торговцы наркотиками и продавцы гамбургеров в такое время тусуются на улицах и в грязных забегаловках. И если вам нужен секс, или наркотики, или — Господи, помоги — гамбургер, то вам следует именно туда и отправляться.

Об этом его известило подсознание — та несносно капризная часть человеческого мозга, которая никогда не отвечает на вопрос прямо, лишь подсовывает какие-то многозначительные намеки, а потом снова погружается в себя, тихонько что-то жужжа, и не говорит ничего членораздельного.

— Прекратите!
— Прекратить что?
— Произносить мое имя! Все люди, которых я вижу впервые в жизни, знают, как меня зовут. Нельзя ли хоть на секунду прекратить знать мое имя? Как может в девушке оставаться что-то загадочное при таких условиях? Единственный человек, который не знал моего имени, был как раз тот, кому я представилась.

Кейт напряженно думала, как подвести разговор к теме о недавно поступивших в клинику больных, но так, чтобы это прозвучало как бы ненароком, случайно, но не могла не признать про себя, что упоминание об одном и том же три раза подряд неизбежно теряет то качество, которое называют случайностью.

Первые две оказались шкафами. Следующий шкаф, правда, был несколько больше, чем два предыдущих, и там стоял стул, поэтому он, возможно, считался комнатой, так как большинство людей не любят сидеть в шкафах, даже медсестры и няни, которым приходится делать многое из того, что большинству людей не захотелось бы делать.