Жизнь Дизраэли

Добиться успеха в конце карьеры - это все равно, что совсем не добиться его или что достичь одновременно бессмертия и смерти. <...> Воспоминания о былой славе могут озарить самую мрачную темницу, но жить ожиданием того, что сверхъестественная энергия угаснет медленно, не совершив всех чудес, на которые она способна, - какое колесование, какой застенок, какая пытка может сравниться с этим мучением?..

Эрудит-скептик породил эрудита-мистика! Странного, впрочем, мистика. У него не было непосредственного наивного влечения к мистическим доктринам. Казалось, что он рассудочно избегает всего рассудочного.

Адвокатура! Пфу! Тексты закона и безвкусные шутки до сорока лет, а там, если все пойдет благополучно, подагра и титул баронета! К тому же, чтобы выдвинуться в этой области, надо быть большим законником, а чтобы быть большим законником, надо отказаться от мечты стать великим человеком.

Он читал и перечитывал жизнь святого Игнатия Лойолы, мужество которого приводило его в восхищение. Вопрос, который ставил себе Игнатий: "Как поступишь ты, если будешь святым, чтобы превзойти в святости и Доминика и Франциска?" - это ведь был тот же самый вопрос, который ставил себе Бен в отношении Демосфена, Цицерона, Питта. Он любил изречение: "Работай над собой не для наслаждения, а для действия".

Но мнение общества ещё не есть общественное мнение. В Англии общественным мнением является мнение купцов за прилавками, священников в деревнях, всех широких, недоверчивых масс, лишенных фантазии, называемых английской нацией.

В молодости всё кажется очень важным, непоправимым, старики же знают, что всё улаживается, но более или менее плохо.

Пожилые женщины начинают прозревать истину. Даже королева дошла до неё. «Чем старше я становлюсь, — сказала она, — тем меньше я разбираюсь в том, что происходит на свете… Не могу примириться с тем, что всё в нём так мелко… Когда я думаю об общем легкомыслии, мне кажется, что мы все немного безумны…»

С большим трудом, лёжа, он корректировал свою последнюю речь: «Не хочу, чтобы будущие поколения назвали меня безграмотным».

Денди — это дерзость в чистом виде, так сказать беспричинная и черпающая свою силу в себе самой.

Адвокатура! Пфу! Тексты закона и безвкусные шутки до сорока лет, а там, если всё пойдёт благополучно, подагра и титул баронета!