Персы

Трагедия Эсхила "Персы" повествует о поражении царя Азии Ксеркса, сына Дария, который созвал знамена и собрав многотысячное войско морем и сушей отправился покорять Грецию. Но в морской битве у взгорья Саламина загубил всю армию. Пехота разбежалась, уцелевшие корабли разбросало, и мало кто вернулся в Азию, погибнув в пути от голода и холода.

Мне основной мыслью произведения, которая от начала до конца трагедии сквозила от строк, показалось - "разочарование". Разочарование персов в своем царе, который до этого дня для них был подобен богу. Ведь после разгромного поражения, испытанного в Афинах, Ксеркс уже не имел влияния в своей стране, он один должен был ответить за все смерти лучших воинов Востока и гибель армии, но при этом и сама Персия лишилась власти над Азией. Персидскому царю больше не поклонялись, сожалели о его отце Дарии, создавшем могучее государство, не хотели платить дань. Собственно, своей гордыней и тщеславием Ксеркс сам погубил свою божественность и величие Персии.

Больше всего в трагедии мне понравился сон царицы Атоссы, очень символичный и образный эпизод вышел, а еще как тень Дария под призывами персов таки вышла из подземного царства дать совет своему народу. Любопытно было взглянуть на верования греков, как их описал Эсхил, о жизни после смерти. Ведь Дарий даже в Аиде продолжал "жить" и пользоваться почетом, а когда его страстно призывали на родину смог уговорить богов отпустить свою тень на землю. Только вот никакие богатства после смерти доставить радости уже не могут, а о событиях в мире тень может узнать лишь от людей, приходящих к надгробию. Так, Дарий не знает о поражении сына, но знает о слезах своей жены над своим саркофагом.

Ну и еще меня поразили греки. Как при настолько неравном соотношении сил в морской битве, ведь у греков по словам Эсхила было только 300 кораблей, а у Ксеркса более 1300, они смогли смело протаранить персидские суда, повергнуть захватчиков в страх, выиграть этим сражением войну, да и еще преследовать и добивать корабли врага, попутно не забывая о пехоте.

Единственное, что мне не понравилось и за что я сняла балл - финал. Я ждала от Ксеркса, как трагического персонажа, чего-то большего чем бесконечные рыдания и стенания.

Пьеса, не смотря на время написания, читается легко и с интересом. Особенно, если иметь в виду, что Эсхил был современником тех событий и знал не понаслышке о чем пишет. К тому же, не смотря на небольшой объем, само повествование вышло масштабным и много тем для раздумий содержит. Пожалуй, продолжу читать Эсхила дальше=)

Картина «Битва при Саламине», художник - Вильгельм фон Каульбах

Данная трагедия входила в тетралогию, включавшую также утраченные трагедии «Финей» и «Главк» и сатировскую драму «Прометей-огневозжигатель». Однако произведения не были объединены общим сюжетом, что для Эсхила было редким случаем.
И что ещё более удивительно - это единственная трагедия Эсхила (и одна из трёх известных нам греческих трагедий), где в основе сюжета лежит не мифологический, а исторический сюжет. В данном случае - разгромное поражение персидского царя Ксеркса в морском сражении при Саламине от греческого флота.
Трагедия изображает состояние Персии после поражения Ксеркса у Саламина. В персидской столице Сузы хор старейшин волнуется из-за долгого отсутствия Ксеркса, ушедшего на войну с Грецией. Атосса, мать Ксеркса, рассказывает хору о дурном сне и страшных предчувствиях. Появляется глашатай и подробно рассказывает о гибели персидского флота у Саламина и страшных потерях. Является тень Дария из загробного мира и во всём обвиняет Ксеркса, предрекая новое несчастье для Персии. После является сам Ксеркс и рассказывает своё горе в плаче.
Как мы знаем, в театре Эсхила было два актера и хор, но и при таком скудном оснащении ему удалось передать всю горечь поражения, всю тяжесть человеческих потерь, весь позор, который лег на Ксеркса и его армию.

Вторая серия: "Персы"

Как далеко от Питера, а как пишет, как пишет!
Островок, где Параша ждала Евгения, он на краю города. Там - хорошо, там Параша, которая ждет, по поводу которой у Евгения...знаете, такие человеческие планы... Край города...

Эсхил живет на краю Мира, на краю Эйкумены.
Эсхил и братья его греки живут на краю Эйкумены. Не нужно обманываться, конечно: "Персы" и персы - не более чем вариант собственной идентификации "через другого".

Что там, на другом береге Геллеспонта - ни одному греку объяснять не нужно. Того самого Геллиспонта, который сын покойного Дария, чей призрак, подобно другому венценосному призраку, приходит из царства Аида на сцену амфитеатра; сын его Ксеркс, переполненный гордыней, пытается сковать (!) тот самый Геллиспонт цепями(!), чем повергает в изумление даже призрак отца, полки "бессмертных" которого завоевали всё богатство мира.

Вы слышите вой восточного ветра, несущий потоки песка и пыли, а песок...песок - как не символ смертного забвения....Песок времен погребает под собой даже бессмертные пирамиды... Поток ...сколько раз Атосса, призрак Дария, Хор, Гонец, - все они - сколько раз произносили слово с магическим смыслом! Поток - это орды варваров, видимо, забывшись, называют себя сами...персы! "Могучий поток", "Натиск полчищ многолюдных"...

"Азия моя", - говорит Ксеркс, сравнивая её с потоком. Времени. Людей. Песка. И ветра. Конечно - ветра. Потому что в отличие от "красы и дива полунощных стран" - край мира - это не Боспор и не вода. Его, края символ - песок и воздух, поднимающий символ забвения в небо. Ибо устрашение забвением - главное оружие Азии. Безбрежной, безжалостной и бесконечной.

На берегах Невы две первородные стихии - вода и воздух - соперники, а человек - маленький или венценосный - наблюдатели, то на краю Эйкумены воздух и песок - союзники, а "человек цивилизованный" - жертва. Время принесения которой - вопрос...времени:). Сегодня или завтра - имеет значение для жертвы - не-варваров-греков. А для "Персов" и персов - что есть время для бессмертных владык? Вообще: а когда в Азии существовало Время? Никогда. По причине отсутствия необходимости.

Веками было так. Веками. Веками назначенная жертва.

Но вдруг и почему-то всё изменилось на противоположное! И это очень важно - ответ на эти вопросы - очень важен. Иначе: ответ на вопрос - центральный не только "Персов", но всей античной трагедии.

Закон причинности vs. антропного принципа .

Хочу повторить: "Всадник" и "Персы" - это не о маленьком человеке как литературном типаже, это даже не о войне на истребление цивилизаций, нет, это - о первопричинах мироздания, с чего начиналось и чем движется всё сущее, созданное или возникшее - не так важно.

Как звучит перевернутый мир?
Но сначала - об истоках.

Почему всё в мире происходит так, как происходит? Повсеместно. Всегда. Почему? Ответ один: воля богов. А ещё будет и зависть богов. Рок - это и есть принцип причинности и предопределенности. Потому что никакими иными причинами невозможно объяснить ни разгром, хаос и позор персов, ни частную историю Эдипа. Воля богов - это и есть всё объясняющая причинность.
"Бог заманивает в сети
Человека хитрой лаской,
И уже не в силах смертный
Из сетей судьбы уйти".
Или:
"Так предсказал он, одержим гордынею,
Ещё не знал он, что боги предрешили всё".
Или:
"Всех этих бед началом, о владычица,
Был некий демон"...

И только через 2000 лет некий пастор, далеко-далеко к северу от "старой" границы миров и цивилизаций, заявит совершенно иное: "Каждый кузнец своего счастья". Сознательно ли его воля и разум пытались опровергнуть Аристотеля, Эсхила и иже? Едва ли. Не до того ему было, не до того.

Так как же звучит катастрофа и мир, перевернувшийся с ног на голову?
"Крики ужаса и вопли оглашали даль соленую".
Или:
"...Вопи,
Без удержу плачь, кричи, рыдай,
К небу вздымай пронзительный стон
Боли и скорби, тоску излей
Кликом протяжным, терзай сердца
Жалобным воем!"

Ничего не напоминают вам, мой читатель, эти строки? Никого? А как насчет...Евгения? А как насчет...русских?
Смотрите, мой читатель: безумная и неутешная тоска и скорбь, трагедия и хаос... Из из души персов вырывается вопль отчаяния! Всё наполнено этим воплем! Везде слышен он (прочтите кульминацию трагедии, в самом-самом конце - три страницы ужаса и воплей смертных), нет места в мире, где не слышен стон отчаяния и безысходности. Всё - наружу. всё - из себя, отдать миру свою тревогу и напряжение, ибо иначе они разорвут тебя!
А что же наш русский Евгений? Куда он "девает" свое напряжение, ни чуть не меньшее, чем у Эсхила?! Правильно! Как и все русские, как и всегда с ними: в себя! То ли не решаясь беспокоить мир своим беспокойством, то ли не смеют "поделиться" горем с другим, видимо, из-за боязни "заразить", передать часть своего страдания другому, его, страдание, не заслужившему. Ничего и никого это не напоминает, мой читатель? А как насчет нашей жизни? И я - не о "протестах", тех, что, мол, безмолвствует народ, не об этом.

Я - о той странной империи, в которой "оккупанты" остались должны всем. Так же как и повиниться должны перед всеми. За всё. За что за всё? За факт собственного существования. Но я не об этом.

О том, что кем-то, когда-то в национальную матрицу была заложено это терпение. Терпение не "терпил" из уголовного сленга, а терпение=смирение, завещанное Спасителем. И очень часто принимаемое за уголовное терпение "терпил". Всё - внутрь себя, чтобы не разрушить своим страданием этот Богом созданный мир. Перетерпеть, выдюжить и победить. Единственный и самый последний резерв русских, который пока вывозил, не подводил никогда - способность к сверхнапряжению через которое выполняется невыполнимое ни людьми, ни богами.

И это - от первооснов этого гребанного мира. Это всё - о той же причинности, антропности и последних днях этого мира. Ничего другого, кроме сверхнапряжения последних дней, - ничего путного, повседневно-бытового у нас не получается. Конечно, не от этого сошел с ума Евгений, помните, какой жизнью он доживал своей век? Помните его "Ужо тебе!" - единственное. Из протестного.

Вот и завершился мой сериал. О первых и последних днях, о первоосновах и силах, о причинах и итогах. В персональных и всеобщих лицах.

Как я это понимаю.

Пушкин и Эсхил, Эсхил и Пушкин. Боги. Читайте богов.

Пожалуй, не лучший, из дошедших до нас, образцов греческой культуры. В любом случае для современного читателя попытки изобразить всю силу страданий персидского народа по павшим солдатам, выглядит несколько гротескно. Так можно о многих трагедия сказать, но тут нет ни той мифологичной, общечеловеческой основы, подобно другим трагедиям, ни размышлений о слабости человека перед божественным роком... в общем всего того, что в какой-то мере могло бы тронуть нашего читателя, тех "вечных вопросов".
В трагедии описывается встреча остатков армии персидского царя Ксеркса после морского сражения при Саламине. Сквозь призму стенаний персов по гибели цвета своего народа, Эсхил ставил только одну цель: возвеличивание храбрости и мужества греков. При этом, что странно, восхвалялся "кроткий Дарий", который, насколько известно, первый предпринял попытку захватить Грецию и также потерпел неудачу.
Можно еще восхититься мужеством греков в сражении с превосходящим числом противником, но последние строки трагедии слишком сложно воспринимать серьезно и вместо того, чтобы, как предполагалось, сочувствовать ужасному страданию персов, потерявших своих мужей и сыновей, на лице только возникала легкая усмешка, когда в голове возникала картина подобных страданий.

Под плач мисийский ударяй сильнее в грудь!

Хор

Горе нам, горе!

Ксеркс

Рви на себе серебряную бороду!

Хор

Я рву, я рву, я плачу громко!

Ксеркс

Кричи протяжней!

Хор

Да, кричу я!

Ксеркс

Антистрофа 7
1060 Руками рви одежду на груди своей!

Хор

Горе нам, горе!

Ксеркс

Рви на себе, скорбя о войске, волосы!

Хор

Я рву, я рву, я плачу громко!

Ксеркс

Пусть льются слезы!

Хор

Слезы льются!

Ксеркс

Эпод На вопли воплем отвечай!

Хор

Кричу, воплю!

Ксеркс

Казнясь, домой теперь иди!

Хор

Иду, казнясь!

Ксеркс

О, Персия наша!

Хор

Ты плачешь сегодня!

Чем интересна эта античная драма? В этой трагедии Атосса, Дарий и Ксеркс - это реально существовавшие люди. Ксеркс - царь Персидского государства, Атосса - его мать, а Дарий - покойный отец. Время действия - 480 год до н.э. В этом году персы потерпели поражение в Греции. Сам Эсхил являлся участником нескольких сражений на стороне Греции.
Интересно читать описание Саламатинской морской битвы, когда число кораблей персов сильно превосходило греков. Однако греки одержали оглушительную победу. Ксеркс не обладал мудростью своего отца Дария, и погубил все свое войско. Оставил земли Персии без защитников, погубил мужей и отцов. Однако, также говорится и о том, что земли Азии, лишившись персидского гнета, будут жить в своей воле.
Мне кажется, что будет правильнее рассматривать эту трагедию с точки зрения истории, поступков героев, чем с художественной точки. Однако нельзя отнять и того, что многие события предстают перед глазами достаточно живыми и красочными, благодаря стараниям наших переводчиков.

Великим годом для Древней Греции был 480 год до нашей эры. Многотысячное войско персидского царя Ксеркса вторглось на территорию Эллады одновременно и с суши, и с моря, в надежде поработить греков. Последние же, в свою очередь, готовы были дать отпор захватчикам, встретив их сначала в Фермопильском ущелье, где не удалось одержать победу, однако получилось задержать персов. Позднее греки дали бой у острова Саламин, который закончился триумфом объединенного войска греческих полисов. Именно об этой победе трагедия Эсхила "Персы", поставленная в 472 году до нашей эры.

Действие происходит перед царским дворцом в Сузах. Главными героями являются Атосса - мать ушедшего на войну царя Ксеркса и хор персидских старейшин. Они с тревогой ждут новостей о походе в Элладу. Когда вестник наконец приходит, то приносит им весть, которая подтверждает их самые худшие опасения. И Атосса, и хор старейшин не могут сдержать слёз.

Чтение этой трагедии - запоминающийся опыт. В ней нет действия как такового, скорее это набор эпизодов с нарастающим градусом скорби и надрыва. И хотя герои не развиваются, очень увлекательно наблюдать реакцию на поражение Ксеркса с разных точек зрения - матери, народа, самого Ксеркса.

Что ещё я отметил - так это постоянные реминисценции на "Илиаду" Гомера.

Сравните его каталог кораблей и список военачальников у Эсхила; Гомеровский сон Агамемнона и Эсхиловский сон Атоссы, которые были предвестниками несчастий. Конечно, не секрет, что Гомер - образец для подражания у древних эллинов и тем интереснее находить его следы в разных произведениях.

В заключение хочу сказать, что эта книга не обязательна к прочтению. В ней нет динамики персонажей, к которой мы привыкли в других произведениях. Здесь нет интересного сюжета с неожиданными поворотами. Язык этой книги очень сложный, а структура непривычная.

Однако если вы всё же решите прочитать эту книгу, то откроете для себя прекрасный образец древнегреческой космической мудрости. Вы получите уникальный эмоциональный опыт, который поможет вам легче справляться с жизненными испытаниями.

Спасибо за внимание!

В королевском дворце Суз хор старых персиан ждет, волнуясь за исход великой битвы, известий от войска. Весь цвет Азии собрал молодой Ксеркс. Увел в поход.
«Так Азия вся по зову царя
Взялась за оружье, и с места снялась,
И в Грецию двинулась грозно»

К старикам выходит вдовствующая царица Атосса, мать Ксеркса и просит растолковать свой странный сон. Пока старики пытаются утешить ее дурные предчувствия появляется вестник с поля сражения.

Чудовищное поражение у Саламина. Почти все войско погибло.
«Моря видно не было
из-за обломков, из-за опрокинутых судов
и бездыханных тел»

Атосса отправляется к могиле покойного Дария, принести жертвы богам подземного мира и поговорить с тенью мужа.

Дарий, разочарован организацией военного похода сына на Афины. «О безумец, погубил он самый цвет союзных войск». Он предрекает персам еще одно поражение в войне и заклинает их оставить греков в покое.
«Войной на греков не ходите в будущем»

«Персы» несколько выбиваются из стройного трагедийного ряда и будут интересны по трем причинам:

– это самая древняя из дошедших до нас трагедий
– сюжет основан на историческом факте, никаких перепалок с богами, все действующие лица Дарий, Ксеркс, Атосса – реальные персонажи.
– концовка произведения не предполагает традиционный катарсис – очищение духа посредством душевных переживаний. Она скорее похожа на набор нравоучений в стиле викторианской Англии «даже среди горестей, Душе дарите радость каждодневную»

Поскольку эти ребята ходили в театр за катарсисом, а вовсе не в надежде побыть на пару часов Вин Дизелем в Форсаже 825 и подзарядиться адреналинчиком, сюжет показался необычным и все эти горы трупов резали глаз.

Эсхил был непосредственным участником битвы при Саламине и Марафоне. Видимо по этой причине описание битвы чересчур реалистично для театральной постановки тех времен. (Если помните все членовредительства никогда не происходили на глазах у зрителей. Кто-либо «за стеночкой» вещал: «ах и ох, убивают демоны»)