Цитаты из книги Зимних дел мастер

Что ты делаешь? — Записываю. — ответила Тиффани, делая запись в дневнике. — Тебе не нужно ничего записывать, дорогая. — сказала Нянни. — Все уже записано в твоем сердце. На той странице, что ты еще не успела прочитать.

Матушка Болен:"Если бы холмы хотели, чтобы люди рвали цветы, они бы позаботились, чтобы цветов на них было больше."

Боффо, да, так я это называю. Боффо оно и есть. Искусство завораживать публику. Дай людям то, что они хотят видеть, покажи им то, чего они ждут.

В этом был весь Дальний Умысел. Если бы на голову, служившую ему вместилищем, падал огромный камень, он бы прикидывал: «Любопытно, это вулканическая порода вроде гранита или что-то мягкое — песчаник, например?»

Никто не безупречен.

Когда ведьма начинает хихикать, это означает не просто гнусный гогот и покрякивание. Это значит, она теряет связь с реальностью. Это значит, что она теряет разум.

Помни тепло, жар огня, помни о нём, держи равновесие, равновесие… Это была самая сердцевина ведьмовства, очищенная ото всей шелухи. Никаких игрушек, никаких волшебных палочек, никакого боффо, никакой головологии, никаких фокусов. Мастерство — вот единственное, что имеет значение.

Держи равновесие! Секрет — в равновесии. Держи равновесие, центр должен быть неподвижен, держи…

Девушка, побывавшая в заграничных краях, и сама приобретала... ореол загадочности.

Говорят, среди снежинок нет и двух одинаковых, - но когда кто-нибудь пытался проверить это на практике?

Измени сказку, пусть даже нечаянно, и сказка изменит тебя.

В мои-то годы, видишь ли, молодость уже осталась так далеко позади, что порой кажется, будто это было и не со мной. Долгая жизнь вовсе не такая распрекрасная штука, как все думают.

Жизнь, одна штука, закончившаяся и аккуратно прибранная. Дом, одна штука, чистый и пустой.

... а потом «потом» превратилось в «слишком поздно».

В такие дни, конечно, опасно быть строптивым стражником, но сержант и его ребята умели, когда нужно, становиться глухими, тупыми, забывчивыми, рассеянными, нездоровыми или, в случае Кевина, иноязычными стражниками.

Чтобы ходить с гордо поднятой головой, надо крепко ступать обеими ногами по земле.

Буря не испытывает злобы. Шторм не ненавидит тех, кого губит. Ветер не проявляет жестокости.

Оставшаяся четверть разума подумала: Бог или богоподобное существо разговаривает со мной, можно было бы и не храпеть, Аннаграмма, спасибо.