
Экранизации
AleksSar
- 7 482 книги

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Женщина и мещанская среда, бунт женщины против мещанского устройства. Две самые сильные вещи русской литературы на эту тему, безусловно, "Гроза" Островского и "Леди Макбет Мценского уезда" Лескова. Так было до 1891 года, когда вышел рассказ Чехова.
Антон Павлович объединил эти два произведения в одно, заметно притушив страсти, бушующие в первоисточниках. Но уменьшение уровня надрыва и патетики только подчеркнуло обыденный трагизм рассматриваемой автором проблемы - отсутствие свободы выбора в мещанской среде. Эта несвобода глобальна, она касается не только женщин, все действующие лица рассказа рабы сложившегося порядка.
И в своей несвободе они нечестны и лживы.
Первый в этом ансамбле - Матвей Саввич, человек трусливый и жестокий, как большинство трусов, но пытающийся предстать богобоязненным. Он соблазняет соседку - солдатку Машеньку, винится, дескать, согрешил, и спешит на путь исправления, благо к тому времени и Машенька ему разонравилась и муж Вася из армии домой вернулся. А Машенька-то влюбилась по-настоящему. Да Матвей Саввич-то тут причем? Побаловались и хватит, пора и честь знать. И нет во всем случившемся никакой его вины, просто баба такой дурой оказалась. Но, он-то - Матвей Саввич - человек хороший и правильный, и после гибели родителей он сердобольно подбирает сиротку Кузю.
Однако, с Кузей все не так просто. На людях Матвей Саввич вроде заботливый и радеющий за мальчонку, а стоило тому потерять шапку, как появляется совсем другой Матвей Саввич, сыплющий словами: "свиненок", "поганец", а вот Кузька оказывается "с выражением ужаса на лице, точно боясь, чтобы его не ударили сзади".
Второй ханжа - хозяин постоялого двора Дюдя, ни в чем не осуждающий "честного" Матвея Саввича, но клеймящий позором бедную Машеньку.
Третий - горбун Алёшка, измывающийся над нелюбимой и не любящей молодой женой.
И два женских бунта - бунт Машеньки, пошедшей на убийство постылого мужа и бунт Варвары, пустившейся в загул и живущей в ожидании его раскрытия, но отмахивающейся "А, пускай!" Хотя в Варваре есть потенциал и "леди Макбет" тоже, взять хотя бы ночное предложение Софье извести Алешку и Дюдю.
А Софья - пример терпения и безысходности, единственно возможного варианта существования в этом мире Дюдь, Алешек и Матвеев Саввичей - торжествующих ханжей и Тартюфов.

Рассказ "Бабы" вызвал у меня противоречивые чувства. С одной стороны, жаль загубленной жизни Машеньки, с другой - вина в этом 100 процентов на ней. Думаю, что главный персонаж рассказа всё-таки Кузька. Ни в чем неповинный ребенок одним своим существованием показывает всю глыбу произошедшей трагедии. О чем должна была думать Машенька в первую очередь - о сыне. Мужик мужиком, но подвергать на страдание собственного ребенка непростительно. Заметила, что "бабский" мотив популярен у Чехова. Крестьянки, барыни - все у него сломя голову отдаются страсти, несмотря на последствия. Объекты же такой "любви", как правило, ничтожные личности. Жаль... В общем, чтобы быть женщиной, а не бабой, надо включать голову. Сексуальное влечение - дело проходящее. Дети наше все.

Выдалась свободная минутка и потратила я ее, надо сказать, с пользой. Прочитала рассказ Антона Павловича, а уж его рассказы я обожаю, даже очень. Еще в средних классах школы любила открыть его книгу, прочитать пару рассказов и с довольной улыбкой идти в школу (во вторую смену училась, как давно было). Но хватит лирических отступлений и ностальгических воспоминаний.
"Бабы". Многообещающее название, не правда ли? История о нас женщинах, точнее о женщинах того времени, ведь несмотря на огромное количество сходств в поведении сейчас и раньше, все же жизнь тогда была другая. Отдавали за нелюбимых - это страшно. Я, человек, родившийся в нашем времени, не представляю до конца как это, как можно жить с абсолютно тебе неприятным/нелюбимым/немилым человеком. Хотя о чем я? Сейчас такое тоже встречается, пусть и не так часто. И потому, неудивительно, что девушки изменяли. Это отвратительно, скажете вы. Но не настолько отвратительно, как то, как к этому относятся. Мужчину прощают, а женщину бьют. Несправедливо. Тогда много что было несправедливо. Да и сейчас.Ох уж эти мужчины...Ох уж этот Чехов, как он умеет вроде бы совсем безэмоционально и сухо что-то нам поведать, но сколько чувств это вызывает.
За возможность прочитать о женской тяжелой доле, спасибо Krishana

Когда с женой во дворе прощался — ничего, а как взглянул последний раз на сенник с голубями, залился ручьем. Глядеть было жалко.

На этом свете от женского пола много зла и всякой пакости. Не только мы, грешные, но и святые мужи совращались.

И она стала рассказывать шёпотом, как она по ночам гуляет с поповичем, и что он ей говорит, и какие у него товарищи, и как она с проезжими чиновниками и купцами гуляла. От печальной песни потянуло свободной жизнью, Софья стала смеяться, ей было и грешно, и страшно, и сладко слушать, и завидовала она, и жалко ей было, что она сама не грешила, когда была молода и красива...
















Другие издания


