House Rules

Я первый, кто признается, что не понимает по-настоящему, что такое любовь. Как можно любить новую стрижку, свою работу, свою девушку - любить все и сразу? Понятно, что одно слово не может означать одно и то же в разных ситуациях, именно поэтому я так и не смог своей логикой постигнуть его смысл.
Честно признаться, физическая сторона любви страшит меня. Когда ты болезненно чувствителен ко всему, что касается твоей кожи, к людям, которые стоят настолько близко, так что могут до тебя дотянуться, сексуальные отношения - не тот опыт, который хочется изведать.

Я знаю, что такое любовь. Когда встречаешь человека, которого любишь, в голове звенят колокольчики и вспыхивают фейерверки. Ты не можешь найти слов, чтобы выразить свои чувства. и постоянно только об этом и думаешь. Когда встречаешь человека, которого любишь, узнаешь его сразу, пристально взглянув в глаза.
Для меня это самое трудное.
Нелегко объяснить, почему мне так тяжело смотреть людям в глаза. Представьте, что вам разрезают скальпелем шрудь и копошатся в ваших внутренностях, сдавливают сердце, легкие, почки. Когда я смотрю людям в глаза, у меня возникает такое же чувство грубого постоянного вмешательства. Я не смотрю людям в глаза, потому что считаю невежливым копаться в чужих мыслях, а глаза - это зеркало души, в них все видно.
Я знаю, что такое любовь, но только в теории. Я не ощущаю любви, как остальные люди. Вместо этого я делаю выводы: "Мама обнимает меня и говорит, что гордится мною. Она отдает мне свою жареную картошку, хотя я знаю, что она сама ее любит. Если "а", тогда и "б". Если она так поступает, значит, она меня любит".

Позвольте мне остановиться на минутку и поговорить о желтобрюхих полевках. Они являются всего лишь крошечной частью царства животных, практикующих моногамию. Две мыши проводят вместе двадцать четыре часа и после этого остаются парой на всю жизнь. Горные полевки – близкие родственницы желтобрюхих, делящие с ними 99 процентов генетического кода, – не имеют интереса ни к чему, кроме однократного секса. Как такое возможно? Когда желтобрюхие полевки вступают в половые отношения, их мозг заполняют гормоны окситоцин и вазопрессин. Если эти гормоны блокированы, желтобрюхие полевки ведут себя примерно так же, как горные потаскухи. Еще интереснее то, что, если желтобрюхим полевкам сделать укол вышеназванных гормонов, а потом не дать совокупляться, они все равно остаются по-рабски привязанными к своим предполагаемым партнерам. Другими словами, желтобрюхих полевок можно заставить влюбиться.

Обратный вариант невозможен. Уколы гормонов не приводят к тому, что горные полевки сохнут от любви. У них просто нет нужных рецепторов в мозгу. Тем не менее, когда они спариваются, в их мозг поступает дофамин, гормональный эквивалент счастья у человека. Горным полевкам просто не хватает двух других гормонов, которые помогают связать возникновение любовного экстаза с конкретной особью. Конечно, если вы генетически модифицируете мышей, удалите гены, реагирующие на окситоцин или вазопрессин, они не смогут узнавать мышей, с которыми уже встречались.