The Stand

Вылинявшие джинсы в заклепках столь туго обтягивали ноги, что не составляло труда прочитать год чеканки лежавших в карманах монет.

— Когда я был мальчиком, – рассказывал Судья, – мы жили неподалеку от лучшего кладбища Иллинойса. Оно называлось "Гора надежды". Каждый вечер после ужина мой отец – ему тогда только пошел седьмой десяток – отправлялся на прогулку. Иногда брал меня с собой. И если наш путь лежал мимо этого идеально ухоженного некрополя, он спрашивал: «Как думаешь, Тедди? Есть хоть какая-нибудь надежда?» И я отвечал: «Вот целая гора надежды».

— Я только думаю, что любовь очень важна, что именно любовь позволит нам пройти через это испытание. Любовь и добрые отношения. Нам противостоит ненависть, хуже того — пустота....

« Нет, я не могу это принять. Если на то пошло, я не принимаю и Бога. Пусть Бог останется с этой старой женщиной. Бог необходим старым женщинам, как клизма и пакетики чая “Липтон“».

—Что он написал? — спросила Абагейл.
—Он написал...—Ральф откашлялся. Пёрышко, торчащее из-под ленты, качнулось. — Он написал, что не верит в Бога. — И с тоской уставился на свои ботинки, ожидая взрыва.
Но она только рассмеялась, встала подошла к Нику. Взяла его руку. Похлопала по ней.
—  Благослови тебя Господь, Ник, но это значение не имеет. Он верит в тебя.

«Видишь? — назидательно сказала она себе. — Господь все устраивает к лучшему. Божественная гарантия, Абагейл, божественная гарантия».

— да, люди сплетничают, как же они это любят, иногда даже кажется, что никаких других дел у них просто нет.

признайся, что ты его боялся - просто срал кирпичами

А ведь в тот момент она могла оторвать его руку от руля, сжать ее и полностью устранить возникшую между ними трещину. Но не сумела заставить себя это сделать.

"Это так же верно, как и то, что дерьмо прилипает к одеялу"

"ОРУЖИЕ ЛЕЖИТ ВОКРУГ И ТОЛЬКО И ЖДЕТ, ЧТОБЫ ЕГО ПОДОБРАЛИ"

Кричащая женщина хуже музыкального автомата с заевшей пластинкой

Увы. Они определённо не хаблали на гребаном эспаньоле.

Плохие или хорошие, фильмы практически всегда показывают странный эффект, принижают художественное произведение... Любой фильм, в конце концов, - всего лишь иллюзия движения, скомпонованная из тысячи неподвижных фотографий. Воображение же движется по своим закона... Прелесть хорошей истории в том, что она лишена ограничений и подвижна; хорошая история воспринимается каждым читателем по-своиму.

Стью кивнул, и странная мысль пришла ему в голову: как же хочется посидеть сейчас с Хэпом, и Нормом Бруэттом, и с Виком Полфри, пить с ними пиво, наблюдать, как Вик закуривает самокрутку с вонючим табаком, и рассказывать о том, что из всего этого вышло. Они прозвали его Молчальником Стью, говорили, что он не скажет «говно», даже если набьет им рот. Но ему хотелось столько им рассказать. Он бы говорил сутки напролет. Стью сжал руку Фрэн, чувствуя, как слезы жгут глаза.

Нам надо поговорить, и поговорить правдиво. Лжецы сидят на стульях, поэтому мы без них обойдемся. Посидим, беседуя, как друзья напротив друг друга у костра.