Вилла "Инкогнито"

Горизонты его видения мира расползались, как горячий сыр по пицце.

Это звучит довольно банально, но, думая о душе, следует представлять себе нечто истинно подлинное и глубокое. Все поверхностное – не душевно. Все искусственное, подражательное или же излишне рафинированное – также не душевно. Дерево куда крепче связано с душой, нежели пластмасса, хотя, как это ни парадоксально, благодаря взаимодействию с человеком старинный деревянный стол или стул могут порой быть куда душевнее живого дерева.

Матери с отцами склонны к совокуплению, и в момент слияния бывает трудно отличить душу от духа.
Вообще-то если дух – вентиляционная и осветительная системы дома сознания, если дух – электричество, дающее дому свет, то душа – чадящий камин, закопченная духовка, пыльный винный погреб, скрип половиц в ночи.

Вкус – понятие необъяснимое, и, похоже, некоторые женщины благоволят к волосатым мужчинам, благоволят настолько, что их нимало не смущают пучки шерсти, произрастающие там и сям на теле возлюбленного.

Весна умеет избавлять от сомнений. Фиалки в апреле не печалятся о скором конце карьеры. Сын мельника снова верит, что завоюет сердце принцессы. И трава, и старая дева сбрасывают ледяные доспехи.

Подлинный злодей всегда предпочтительнее поддельного героя.

Религия – всего лишь сделка, заключая которую люди нервические обменивают душу на временный и абсолютно иллюзорный психологический комфорт; давно известная схема «отдать, чтобы сохранить.

Грубость соблазняет утонченность.

Опиум, как любому кретину известно, отличается от героина, как фигурное катание - от русской рулетки.

но помни главное: никогда и ни при каких обстоятельствах не лги себе

Интересно послушать, какое у тебя впечатление от Америки. Полагаю, моя старушка родина по-прежнему красит губы демократией и пудрится истинной верой, но никакой макияж не скроет ее подлинного лица, вернее, бессовестной и наглой рожи жадной лавочницы. Это-то и есть настоящая Америка во всей истинной сути ее бытия.

В тени человека, даже корпулентного, отдохнуть нельзя; а у деревьев – вот что приятно – даже трудности роста проходят без нервных срывов. У кого, скажите, больше достоинства – у дерева или у типичного гомо сапиенса? И наконец, пытался ли когда-нибудь клен или кипарис всучить вам ненужный товар?

Деньги - роковая наживка, превращающая человека любого сословия в рыбу.

Желтый, как летнее солнышко, нежный, как юные чресла, гладкий, как тирада баптистского проповедника, якобы незаметный, как платочек фокусника, майонез укутает лист салата, нарезанную соломкой капусту, ломтики холодной картошки мантией скромного величия, изменит их обыденную сущность, вернет им живость и привлекательность, наделит способностью усладить если не сердце, то хотя бы пищевод.

Истинно верующий человек может верить в политическую систему, в религиозную доктрину или же в какое-нибудь общественное движение, сочетающее в себе элементы и того, и другого, но истинно верующий не может истинно верить в жизнь.

В конце, друзья, предлагаю вам представить себе некий анекдот, длинный анекдот, который рассказывают постоянно, причем так туманно и путано, что полностью понять его невозможно. Жизнь – это и есть тот анекдот, друзья мои. А душа – его соль.

уныние разрушительно для того, кто и мается, и обременительно для окружающих