Цитаты из книги To Kill a Mockingbird

Я сказала – тогда непонятно, как они ухитрялись еще что-то делать, но Джим сказал – они сделали куда больше американцев, они изобрели туалетную бумагу и вечное бальзамирование, и что бы с нами было, если б не они? Аттикус сказал мне – отбрось прилагательные, и тогда все выйдет правильно.

Ведь если б у нас не было обвинителей, так, наверно, и защитников не было бы.

С Фрэнсисом говорить – все равно, что медленно опускаться в океан, на самое дно. В жизни не видала другого такого нудного мальчишки.

Если хочешь узнать про корову, надо ее подоить, ясно?

Ужасно неловко, когда случайный знакомый потом тебя не узнаёт.

Странная у людей привычка - при самых удивительных обстоятельствах они ведут себя как ни в чем не бывало. И я, оказывается, тоже.

Хозяина вошки весь этот переполох нимало не встревожил. Он почесал голову, нащупал непрошеную гостью и двумя пальцами ее придавил. Мисс Кэролайн не сводила с него расширенных от ужаса глаз.

Она была очень похожа на мятную конфетку, и пахло от нее мятной конфеткой.

Столько всего с нами случилось с тех пор, и оказывается, Страшила Рэдли - не самое страшное.

Люди зазвичай бачать те, що хочуть бачити, чують те, що хочуть почути.

По причинам, непостижимым для самых дальновидных пророков округа Мейкомб, в тот год после осени настала зима.

Суд в нашей стране великий уравнитель, и перед ним все люди равны.

“Евреи — прекрасный народ, и я просто понять не могу, почему Гитлер думает иначе.”

Ну, а я знала только то, что вычитала из журнала «Тайм» и из всякой печатной страницы, какая дома попадалась мне под руку, а в классе еле-еле тянула лямку, в которую нас впрягла новая педагогическая система, принятая округом Мейкомб, и всё время мне казалось, что меня обкрадывают. Как и почему, я не понимала, но всё-таки зачем это нужно, чтобы я двенадцать лет подряд помирала со скуки?

Дамы, по-моему, побаиваются мужчин и не очень-то их одобряют.

Когда человек говорит, что он с тобой расправится, это не шутка.

До этой минуты для неё не существовало закона, но, едва она его преступила, он безжалостно обрушился на неё.

— Нет, сэр, я боялся попасть под суд, а всё равно попал. — Боялся, что тебя арестуют, боялся, что придётся отвечать за то, что натворил? — Нет, сэр, боялся — придётся отвечать за то, чего не делал.