Если эмпатия для вас не пустое слово, то история «приятного, хотя и несколько отсталого молодого человека» Чарли Гордона и его товарища (или, если хотите, единственной в своём роде «родственной души»), «спицыального мыша» Элджернона точно не оставит вас равнодушным. Не знаю, всплакнёте вы или глубоко задумаетесь (скорее всего, и то, и другое), но уверена, что чем больше вы будете размышлять над содержанием (и формой — ведь в данном случае одно неотделимо от другого), чем глубже копать, тем больше смысловых пластов вам откроется — такова широта затронутых автором философских, социальных, психологических, этических и, наконец, чисто научных вопросов. Удивительная книга, буквально каждую страницу которой можно растащить на цитаты.
Подозреваю, что если бы роман «Цветы для Элджернона» попал ко мне впервые лет 15-20 назад, то для меня прочитанное осталось бы просто хорошей историей (что бы это ни значило). Сейчас же, переворачивая страницу за страницей, я буквально восклицала голосом Ватсона: «Но как?! Как, чёрт возьми?!» — как автору, пусть и получившему степень бакалавра психологии, в далёком 1969 году удалось так невероятно точно, буквально в мельчайших деталях передать те знания о психологии личности, нейробиологии и когнитивных функциях, которыми мы располагаем теперь, на заре третьего десятилетия XXI века?! Невероятно!
Одно удовольствие подмечать развитие когнитивных способностей главного героя: вот он впервые, сам того не заметив, применил логическое мышление, а вот в его голове начинают выстраиваться связи между абстрактными понятиями и идеями, пока, наконец, интровертная интуиция не становится доминантной функцией — вплоть до того, что решение сложных воспросов переходит из области сознания в область подсознания («Решение пришло ко мне во сне! Озарение! Разрозненные кусочки сложились в единое целое...») и т.д.
Чем более комплексными становятся способы получения и обработки информации, тем сильнее потребность Чарли выражать мысли в письменной форме. В этом плане «Цветы для Элджернона» — настоящий подарок для внимательного и вдумчивого читателя, но если по какой-то причине вы что-то упустили из виду, на всём протяжении романа в уста второстепенных героев вложены объяснения-подсказки. Честно говоря, это единственное, что меня немного смущало: иногда казалось, что автор принимает читателя за ребёнка, которого нужно всегда и везде вести за руку и для верности, привлекая внимание, тыкать пальчиком и приговаривать: «Смотри, смотри! Пти-и-ичка!!!» С другой стороны, книга-то в общем и рассчитана на более юного и менее , так сказать, «продвинутого» читателя (недаром же на родине автора она — совершенно заслуженно — входит в школьную программу).
Ну, и последнее. Как страшно, должно быть, сознавать, что теряешь память и концентрацию... И как радостно от мысли, что где-то есть люди, готовые безвозмездно посвятить всю свою жизнь таким, как Чарли.