Андромаха

Сильней страдают те, чье горе молчаливо

Любовь трудней сломить, чем полчища врагов

Всевластная любовь повелевает нами
И разжигает в нас, и гасит страсти пламя.
Кого хотим любить, тот нам - увы! - не мил;
А тот, кого клянем, нам сердце полонил.

ОРЕСТ:
А что там позади? Я вижу клубы змей...
Там злые демоны! О, преисподней дщери!
Пришли меня терзать вы, как добычу - звери?
Те змеи, что шипят на ваших головах,
И те бичи, что вы сжимаете в руках,
Не для меня ль они? Что ж, мучьте и влеките
Меня во мрак...

Пирр, всеми признанный воителем могучим,
Герой, Ахиллов сын, великий государь...

От века не в ладу со здравым смыслом страсть:
С его беспечностью легко в беду попасть!
Кто верноподданный, кто враг - ему нет дела.

На гнев отвергнутой нельзя смотреть без страха.

ГЕРМИОНА к ПИРРУ:
Кем зверски был убит старик Приам? Не вы ли
И всю его семью сразили наповал?
Кто, как не вы, детей и женщин убивал?
А Поликсену кто, к негодованью греков,
Постыдно удушил? Кто кровью человеков
Залил несчастный град, как вешнею водой?
Вы! В чем вам отказать, о доблестный герой?

Ну что ж, бывают ведь на солнце тоже пятна...

Несчастьями чреваты
Затишья пред грозой...

Известно: сеешь зло - так жди кровавой жатвы.

Сильней страдают те, чье горе молчаливо.

ПИРР: Ахилл мне был отцом. Ей Гектор мужем был.
Мы с ней враги навек, как Гектор и Ахилл.

Ах, гордость с красотою
Суть близнецы!

Пилад, какою ты мне объяснишь причиной,
Что зло — всегда в чести, страдает же — невинный,
И тот, кто жертвует собою для других,
Лишь неприязнь и злость в ответ находит в них?

Страсть, как ее ни прячь, видна чужому глазу.
Все выдает нас: вздох, движенье, слово, взгляд…
Скрываемый огонь сильнее во сто крат.

Но материнский долг всех прочих чувств превыше.

Чтоб вашим замыслам сопутствовал успех,
Намеренья свои должны вы скрыть от всех.

Ну как я ей верну то сердце, что давно уже у вас в плену?

Я сам свирепствовал : все на войне свирепы; когда ж стихает гнев - жестокости нелепы