Пролог

Знаю, что многие у Чернышевского не переваривают и "Что делать?", но мне роман очень понравился в студенческие годы, потому надежды на "Пролог" были неплохие, несмотря на невысокую его оценку у нескольких всего читателей. Увы, вынуждена с ней согласиться. Я заранее знала, что роман остался незаконченным и заранее простила обрывающееся повествование, но что "Пролог" - второй роман из задуманной трилогии - узнала только прочитав его. Поэтому ли в начале книги путаешься в героях, не можешь сразу запомнить, кто они, чем занимаются и кому кем приходятся? или автор просто-напросто не умел грамотно ввести читателя в круг персонажей? Но впечатление было такое, будто я по ошибке попала на званый ужин, где всех должна знать, но никого не знаю. Может быть, с уцелевшим и изданным первым романом ситуация была бы лучше. Может быть...

События "Пролога" происходят незадолго до реформы освобождения крестьян от крепостного права. Первую половину книги балом правит автор, а читатель слоняется, скучая, по бальному залу, постоянно сталкиваясь с непонятными, где-то как будто виденными господами; вторую половину книги повествование ведется в форме личного дневника одного из героев, упоминаемого ранее, и становится как будто интереснее. В первой половине рассуждения о благе народа ведутся издали - общественными деятелями, публицистами; во второй половине мы наблюдаем конкретные нравственные падения людей невысокого общественного положения в попытках изменить свою судьбу. А наш повествователь, молодой еще человек и как будто мечтающий о всеобщем благе, сокрушается о падении одной девушки, а другую, попроще, запросто тискает сам... Пожалуй, большая часть этой книги о женщинах, о положении женщин, и за это хоть ей спасибо.

Но представьте: я читала "Пролог" 1,5 месяца, опоздав к сроку игры "Спаси книгу", читала безо всякого удовольствия, нехотя, делая над собой усилие, и бросила бы, кабы не игра. Роман мне кажется не то что незаконченным в финале, а вообще "сырым", жутко затянутым и с непродуманным, вялым сюжетом... Уважаю неравнодушие автора, его публицистическую деятельность и страдания за гражданскую позицию, но не могу поставить даже "два".

Как полноценное художественное произведение я не смогла воспринять эту книгу. Немного сумбурный сюжет, незавершенность истории, и - как мне показалось - средний уровень литературности... Похоже на пробу пера.орг Как будто автор очень хотел сказать свое социально значимое мнение, но при этом был вынужден попытаться облечь его в приемлемую форму. Вот и вымучивал романическую историю.
На мой взгляд, "Пролог" скорее интересен с исторической точки зрения. Это выражение мнения далеко не последнего в нашей истории человека, независимо от того, был ли он талантливым литератором или не был.
При всем уважении - перечитывать вряд ли  буду)

Чернышевский является одной из самых трагичных фигур русского освободительного движения. Особенно четко это становится ясным после прочтения "Пролога" - одной из частей незавершенной автобиографической трилогии, которую Николай Гаврилович писал в Александровском заводе в 1868-1870 гг. В статьях о литературном творчестве Чернышевского данной книге уделяется как правило мало внимания, и это частично обосновано - книга представляет часть незавершенного замысла, поэтому воспринимать ее как художественное произведение очень сложно.

"Пролог" интересен прежде всего для понимания настроений позднего Чернышевского и той части разночинцев, которая придерживалась подобной позиции. А позицию эту можно выразить грустной фразой, взятой из книги: "...он не считал себя борцом за народ: у русского народа не могло быть борцов, по мнению Волгина, оттого что русский народ не способен поддерживать вступающихся за него; какому же человеку в здравом смысле бывает охота пропадать задаром?". Крестьянская реформа обернулась обманом, власть без особых проблем разогнала собрания столичных студентов и литераторов, крепостной мужик - коммунист по своему инстинкту - тяги к революции не проявил. Все это Чернышевский опишет емкой фразой, которую он вложит в мысли Волгина: "Жалкая нация, жалкая нация! — Нация рабов, — снизу доверху, все сплошь рабы...".

Нет, он не разочаровался в социализме или русском крестьянине. Напротив, он приобрел более реалистичный взгляд на него. На фоне идеализации крестьянства со стороны части народников в начале 1870-х гг., голос Чернышевского из далекой Сибири касался упадническим пессимизмом. Критика предпочитали помнить по роману "Что делать?", по которому русская молодежь пыталась перестроить социальную реальность. Но не является ли проявлением огромного гражданского мужества открыто высказанная мысль о том, что революционеры в 1860-е гг. не получили народной поддержки и закономерно проиграли? Вместо того, чтобы бросать в горнило борьбы новые жертвы, не лучше ли оглянуться вокруг себя и честно сказать, что время для открытой схватки еще не пришло и поэтому нужно копить силы? Сложный и неразрешимый для меня вопрос в ракурсе событий 1860-1870-х гг.

В любом случае Чернышевский дал очень жесткий и честный критический анализ иллюзий русской интеллигенции касательно крестьянской реформы. Такому подходу нужно учиться: не обливать только других помоями, а до конца разобраться в собственных ошибках и заблуждениях.

Роман написан не в 1864-м, как указано выше, а в 1867-1870 годах, уже после написания знаменитого "Что делать?". Он называется "Пролог", так как должен был войти в большое произведение о том, как эволюционировали взгляды демократов с конца 1850-х годов, и подвести читателя к периоду накануне революции.

Книга состоит из двух частей:
1) Пролог пролога;
2) Из дневника Левицкого за 1857 год.

Как и роман "Что делать?", писатель посвятил «Пролог» жене – Ольге Сократовне, загадочно написав в эпиграфе: "Посвящается той, в которой будут узнавать Волгину".

События первой части начинаются весной 1857 года в Санкт-Петербурге. Главные герои – супруги Волгины: Алексей Иванович, журналист, которому «было лет двадцать восемь или тридцать. Он был некрасив, неловок и казался флегматиком», и Лидия Васильевна, смуглая двадцатитрёхлетняя дама. У них есть сынок Володя. Подобно автору, его герой страстно любит жену, несмотря на несколько лет брака.
Книга интересна феминистскими настроениями: Чернышевский считал, что женщина должна быть равна мужчине во всём, в том числе иметь право на кратковременные увлечения, которые у мужчин считались обычным делом.
Волгина активно участвует в личной приятельницы – Антонины Дмитриевны Савеловой, у которой очень сложные отношения с мужем.
Сама же Лидия Васильевна разделяет либеральные взгляды своего супруга и мечтает, чтобы его жертвенность во имя блага народа была всеми признана, чтобы «говорили когда-нибудь, что он раньше всех понимал, что нужно для пользы народа, и не жалел для пользы народа – не то что „себя“ – велика важность ему не жалеть себя! – Не жалел и меня! – И будут говорить это, я знаю! – И пусть мы с Володею будем сиротами, если так нужно!»
В романе фигурируют также драгунский офицер поляк Соколовский, мечтающий об улучшении участи русского солдата, петербургские либералы во главе с профессором университета Рязанцевым, крупные чиновники Нивельзин и граф Чаплин, камергер Илатонцев, его семья.
Герои романа рассуждают о деле освобождения крестьян (Волгин считает его преждевременным). Демократы намерены создать программу освобождения крестьян.

Герой второй части романа – Владимир Левицкий – прогрессивный студент педагогического института, которого беспокоит судьба народа, но в то же время он считает, что люди слишком легкомысленны для борьбы. У него очень насыщенная и общественная, и личная жизнь: в дневнике описаны его романы. Левицкий служил гувернёром в аристократическом семействе Илатонцевых.

Книгу интересно почитать всем интересующимся русской литературой или творчеством Чернышевского, а также для понимания настроений русских демократов в середине XIX века накануне реформ.