
Экранизированные книги
youkka
- 1 811 книг
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Произведение «Последние распоряжения» написано про таких обычных людей, что это воспринимается необычно. Мясник, автомеханик-продавец, похоронных дел мастер, страховщик, жёны, дети, мелочи жизни... Даже если в их жизни появляется что-то необыкновенное (вроде способностей Рэя играть на скачках, в которых, впрочем, 90 процентов здравого смысла и только 10 — везения), то оно воспринимается как-то обыденно. Но в этом и есть прелесть. Обычный не значит скучный. Обычный — значит, максимально приближенный к жизни, к нашему глуповатому, простоватому, зачастую трудному существованию и выживанию в этом мире. В этой книге жизнь как она есть, самый настоящий психологический реализм.
Сюжет незамысловатый: в небольшой компашке простых мужиков от старости и сопутствующих болячек умирает один из них, а свой прах просит развеять над морем. Всё дальнейшее действие — дорога к назначенному месту, совсем немного сопутствующих событий и очень много мыслей и воспоминаний в головах главных героев. Очень важны два момента. Первый — повествование ведётся от лица совершенно разных персонажей, как по возрасту (в основном старики, но есть и представитель молодого поколения), так и по полу, социальному положению, отношению к покойному и жизни вообще. Второй — именно почтенный возраст большинства главных героев определяет многие темы романа. Старение, возмужание, смена поколений (кто же придёт на наше место, неужели вот этот жадный хлыщ, что сейчас за рулём?), воспоминания о войне и тяготах, о становлении собственной личности, о становлении настоящей крепкой мужской дружбы... И, конечно, анализ собственных косяков и ошибок, мучительные и стыдливые признания в мыслях неприятных и крамольных. Голоса и мысли разных персонажей удались превосходно: тот, кого только что мы видели чужими глазами как отъявленного мерзавца, в своём рассказе умудряется оправдать себя и свои действия, потому что мы видим его уже изнутри, от первого лица. Вокруг нехитрого сюжета постепенно нарастает плоть романа: прошлое, настоящее, второстепенные герои, мотивы поступков, а в силу своего возраста они могут самостоятельно уже оценить былое и сделать выводы. Блестяще.
Примечания.

Ох, дорогая EmotionalDecay , какую вы мне книгу посоветовали во флэшмобе!... Все сердце изорвал этот роман...
Грустно, очень-очень грустно.
О смерти. О старости.
Но главное - о людях. О мужчинах.
Не о героях, нет. О самых обыкновенных мужчинах - со своими слабостями, грешками, разочарованиями.
При этом - со своим представлением о долге. В том числе и перед умершим другом.
Этот роман - скупая, мужская проза, поражающая своей лиричностью и жизненной тонкостью.
Нечасто я встречала истории, рассказанные подобным образом: без патетики о высоком.
Рекомендую. Прежде всего людям, желающим понять что-то важное о природе человека.

Вот и доползла я до 1996 года, вся в пыли странствий, шрамах битв и в слабенькой надежде, что чем ближе ко мне во времени, тем логичней и объяснимей будет вручение знаменитой Букеровской премии. Надежда моя была поистине слаба и на первых же страницах "Последних распоряжений" Грэма Свифта окончательно испарилась. Принцип раздачи слонов остался мне по-прежнему непонятен, можно лишь предположить, что он основывается на политкорректности. Грэм Свифт - белый гетеросексуальный (надеюсь, по крайней мере, противоположных сведений не найдено) мужчина, так что премия ушла не ему лично, а животрепещущей теме романа - жизнь пожилых людей. Ага, воскликнула я, это ж уже было, повторяетесь, господа глубокоуважаемое жюри! В 1986 году вы за такое давали премию Кингсли Эмису и его роману "Старые черти". Неужели больше не осталось категории людей, которых угнетают и о которых вполне можно написать "шедевр"? А матери-одиночки? А ветераны войны, не способные найти свое место в мирное время? Дети с синдромом Дауна, в конце концов?!Ах, говорите, что всё это здесь и будет? Ну-ну.
Из всех букеровских лауреатов, которых я прочитала, этот - самый-самый. Самый скучный, самый бессюжетный, самый бессмысленный. Умер человек по имени Джек Доддс, Джек-мясник, и это не шутливое прозвище, Джек и правда всю жизнь проработал мясником. Но вот эта жизнь закончилась, и последним распоряжением Джека было, чтоб его прах развеяли над морем в местечке Маргейт, где когда-то они с женой провели медовый месяц. Сказано - сделано. Трое друзей Джека и его приемный сын садятся в машину и везут урну с останками Джека в Маргейт. По дороге они вспоминают свою жизнь. Свою унылую жизнь.
Перед нами в действии один из излюбленных приемов современной литературы - жизнеописание простого человека. Обычного человека. Ничем не примечательного человека. И хочется сказать, что это здорово, ведь говорить и писать надо не только о героических героях, но и о живых реальных людях, о маленьком человеке, на этом, в конце концов, вся классическая литература стоит. Ведь это здорово, когда автор берет простого обывателя и показывает нам, что его существование по-своему уникально и бесценно, наполнено событиями; на его примере демонстрирует нам, что каждый из нас может быть интересен... Стоп.
Стоп, но ведь Грэм Свифт ничего такого не делает. Он монотонно и нудно повествует о прошлом каждого из "провожающих", причем все истории идут от первого лица, то есть одна глава - от одного, другая - от другого, третья - от третьего. Полкниги я не могла разобраться, у кого какая жена и какие дети, что много говорит о том, каких ярких и запоминающихся персонажей создал автор (нет). В итоге я как-то запомнила, что Эми - это жена покойного Джека, а его лучший друг Рэй всю жизнь в нее был влюблен. Каждые понедельник и четверг вот уже 50 лет Эми садится на автобус и едет в психиатрическую клинику навестить свою дочь Джун, родившуюся, как я поняла, с синдромом Дауна (скорее всего нет, хоть внешнее описание Джун и напоминает данное заболевание, но умственно девочка была совсем невменяема, даже маму не узнавала, совсем не говорила. В тексте неоднократно подчеркивается, что развитие Джун остановилось на уровне двухлетки, но разве двухлетние малыши не узнают маму?). Ни разу за эти 50 лет Джек дочь не навестил. Вместо нее он приютил и вырастил Винса, не слишком благодарного субъекта. На каком-то этапе жизни Винс сделал ребеночка дочке Ленни, еще одного приятеля Джека. Дочка, уже не помню ее имени, сделала аборт и пошла в проститутки. И Ленни Винса за это ненавидит, хотя сам принудил дочь избавиться от плода.
Все эти линии переплетены друг с другом. Все эти не слишком приятные люди упорно копаются в собственном грязном белье. В дне настоящем они в холодный и промозглый день едут в Маргейт. Я всё ждала какой-то катарсис - не дождалась. Прах они развеяли.
По ходу действия я поняла, что еще меня раздражало. "Последний распоряжения" Свифта до боли похожи на тех самых "Старых чертей" Эмиса. И не только тем, что главные герои - пожилые люди, вспоминающие свое прошлое. Сюжетные ходы, атмосфера, даже голоса рассказчиков похожи, но если Эмису удалось заинтересовать и даже заинтриговать меня, то Свифт полностью провалился. Какое-то бесконечное роуд-муви, где ничего не происходит и постоянно идет дождь. Если верить аннотации, то данное произведение - самое увлекательное у автора. Что ж, от менее увлекательных вероятно дохнут мухи.
==============
Переспав с рецензией и впечатлениями от книги ночь, я смогла сформулировать свою главную претензию к Свифту и его детищу. Как в моем представлении пишется книга: у некого писателя в голове рождается фабула, он видит перед собой сюжет, персонажей, место и время действия, потихонечку они начинают приобретать четкость, так сказать, "мясо на костях". Поскольку наш условный писатель - это не слепоглухонемой на необитаемом острове, то волей-неволей он будет описывать происходящее вокруг него, рефлексировать над какими-то проблемами современного ему общества. Эти вложенные смысл читатель впоследствии может увидеть или не увидеть, ну или найти свои собственные. Так рождается книга, степень ее актуальности зависит от таланта автора. Но есть другой путь. Автор решает писать о какой-то проблеме, например, об экзистенциальном кризисе. На эту проблему он навешивает все тех же персонажей, сюжет, время и место действия. Но в результате получается чудовище Франкенштейна, совершенно не способное к жизни. Ничего для себя читатель в такой книге не найдет, только будет отмахиваться от проблемы экзистенциального кризиса, как от надоедливой мухи (дались мне сегодня эти мухи). Я все это не к тому, что нас, читателей, надо развлекать, как капризную шестилетку на новогоднем утреннике, боже упаси, но неужели нельзя совместить интересное с интеллектуальным?

Плакать - это как отливать. Тут надо, чтоб никто не мешал, особенно если в дороге.

Все в этом мире случается благодаря совпадениям, что тут еще скажешь. Одно происходит из другого.










Другие издания


