Цитаты из книги Scar Tissue

Каждый человек в нашем квартале, каждый, с кем я сталкивался, носили короткие волосы и рубашки на пуговицах с короткими рукавами. Мой отец выходил на улицу в ботинках под змеиную кожу на шестидюймовой серебристой платформе, с нарисованной на них радугой, джинсах-клеш, отделанных вельветом, с массивным поясом, бирюзовых, в обтяжку, футболках, открывающих живот и обязательно с какой-нибудь надписью, и вельветовых рокерских куртках из Лондона. Начинающие редеть волосы спускались до талии, у него были густые усы, подкрученные вверх, и большие бакенбарды.

You'd expect that Moscow, Russia's biggest city, would be run efficiently, maybe even in a military fashion, but that wasn't the case. There was no order at all, and shakedowns were the norm. The cops, the military, the airport personnel, everybody wanted our rubles. It was the first time any of us had been to Russia, and we did feel a little unsafe there. We stayed at the Kempinski Hotel, a five-star gaudy, gilded, marbled oasis in the middle of a strikingly poor economy. Everything in Moscow was gray, gray, gray. The sky was gray, the buildings were gray, the streets were gray, the bushes were gray. There was this heavy cloud of Stalinesque gravity that suffocated the place.

Now it was time to return home and finish my work and concentrate on my sobriety. Instead, I did the opposite. My house had been tainted, and it was the perfect little isolation castle at the top of the hill. I had a gate down below, so no one could get up to the door. I decided it would be a good bad idea to start getting into the cocaine and heroin zone again. I ended up finding this Mexican billiards place downtown that was a full-service stop. I didn't have to go up to the corners, I didn't have to buy stuff right on the street or go to different guys, I could just go in there and grab a beer, and when they finished their pool game, they'd come by with gumball-machine containers filled with rock cocaine and heroin balloons. Occasionally, I'd see somebody I didn't want to see, some young white males from Hollywood who might recognize me, but I had taken to pulling my hair up under a baseball cap and wearing glasses, and that was a pretty good disguise.

Jaime told me that she'd had suspicions all along and that she had been telling my mom and Flea that maybe I was doing drugs again. Of all the dreadful, self-deprecating, self-loathing, isolated, fucked-up feelings that you get as a drug user, one of the worst is having your girlfriend conspire with your best friends and your family on your behalf. It's the ultimate in humiliation, knowing that your best friend and your girlfriend are talking about you behind your back because you're using. Then your family's in on it, and you feel pathetic. You know they feel bad for you and want to help you, and it's just like agghhh, stay away, don't even bother. I don't need your help, I don't want your help. Don't even talk to cach other, please!

Мне никогда не нравилось ожидание того, что я должен вести себя определённым образом, чтобы жить в этом мире. Я был двенадцатилетним парнем, созданным для плохого бесконтрольного поведения. Однажды в том же году, когда мы ходили по дому, Сонни и Конни попросили принести им кофе. “Как насчёт того, чтобы самим сделать себе кофе?”, - несколько заносчиво ответил я. Я мог без проблем приготовить кофе, но мне казалось, что они командовали мной. Конни отвела меня в сторону. “Это поведение на грани приличия, - сказала она мне, - если ты будешь себя так вести, я буду просто говорить: ”Ты на грани“, и ты будешь знать, что нужно пойти и переосмыслить то, что ты только что сделал”. Я тут же забыл об этом. Там, откуда я приходил, я мог вести себя так, как я хочу. Мы с моим папой отлично уживались вместе, потому что не было никаких правил и инструкций. Он не просил меня готовить ему кофе, и я тоже не просил его готовить мне кофе. Там, откуда я был родом, каждый должен был сам о себе заботиться.

Мои собрания за завтраком по средам были обязательными, всем нам нравилось быть полезными друг другу. Мы помогали людям, приводили их на собрания, находили новых людей в наш особенный круг, чтобы они могли увидеть, что жизнь без наркотиков не означает отсутствие вечеринок. У нас были новые, нормальные вечеринки. Но момент ясности это ещё не всё; такое случалось со мной и раньше. Его должны сопровождать усиленные ежедневные упражнения. Это банальная аксиома, но практика действительно основа совершенства. Если ты хочешь стать сильным пловцом или опытным музыкантом, то нужно практиковаться. То же самое и с трезвостью, но только тут ставки выше. Если ты не следуешь своей программе каждый день, то ставишь себя в положение, когда ты в любой момент можешь слететь с орбиты.