Кривой домишко

Дети больше страдают от вмешательства, чем от невмешательства родителей

— Если бы он не сделал себя такой яркой личностью...
— Нельзя сделать себя личностью, — возразил я. — Он был личностью.

– Слишком много денег, вот что ему мешало, – сказала мисс де Хевиленд. – Большинству людей приходится бросать оригинальничать и начинать зарабатывать себе на жизнь.

– Если ты спросишь меня об этом, я отвечу: он просто умер от старости, и любой уважающий себя врач признал бы этот факт.

– Если бы ты знал моего дедушку, – сказала София, – то удивился бы, как он мог вообще умереть, от чего угодно!

– К сожалению, нет сомнений, что мы любим друг друга.

– Никаких сомнений, – подтвердил я. – И не говори, что это «к сожалению».

Мы живем в странной, лихорадочной атмосфере «давай-вперед-быстрее»

– Почему мужчины считают, что для противоположного пола привлекателен только пещерный человек?

Судя по опыту других, такая глупость всегда обходилась дорого. Стоит развернуть любую ежедневную газету, как сразу же натыкаешься на пример такой глупости - страсть к хранению письменного слова, письменных заверений в любви никогда еще не приводила ни к чему хорошему.

- Стоит ли обращать внимание на общественное мнение? - презрительно заявила Клеменси.

Иногда человек знает что-то, но не знает, что он это знает.

И все же некоторые из тех, для кого в личном плане деньги не представляют интереса, могут тем не менее соблазниться их всемогуществом.

Виновен человек или не виновен, он будет рад случаю поговорить с посторонним, потому что постороннему можно сказать то, чего не скажешь близким.

Любопытная штука - комнаты... Могут столько рассказать о своих обитателях.

Известно, что люди очень непредсказуемы в своих поступках. О человеке обычно складывается определенное мнение, но случается, что оно оказывается совершенно неправильным.

• Если бы ты знал моего деда, - сказала София, - ты бы удивился, что он вообще умер.

- "А за скрюченной рекой, в скрюченном домишке, жили летом и зимой..."

Всегда испытываешь шок, когда снова встречаешься с человеком, которого долго не видел, но о котором думал все это время.

— Уф, – проговорил Тавернер, – треска мороженая [про Филипа Леонидиса].