«Видишь ли, – объяснил Арман, – убить вампира – исключительно захватывающее развлечение. Поэтому-то оно и запрещено под страхом смерти».

«Вокруг меня только черная пустота, и нет мне утешения».

Она оставалась ребенком, но обрела душу свирепого убийцы, в погоне за кровью не останавливалась ни перед чем и добивалась своего с требовательностью.

Один ты в этом мире можешь наслаждаться смертью, наслаждаться безнаказанно. Один… в лунном свете… и тебе одному дано право разить, подобно руке Божьей!

Я никогда не смеюсь над смертью, хотя часто бываю ее причиной.

Но сколь низко я ценил свою жизнь, столь же высоко ставил жизни других людей.

«Силы сатаны безграничны. Вся Франция сейчас в его власти, а Революция – его величайший триумф».

«Видения – дело рук дьявола».

Мне искренне хотелось, чтобы меня убили. Кто угодно: пьяные матросы, грабитель, маньяк. Но случилось так, что мне встретился вампир. Он поймал меня ночью в двух шагах от дома, сделал свое дело и оставил умирать на улице.

– Включайте запись и ничего не бойтесь.

Но главное – его глаза. Когда я смотрел в них, мне казалось, что я стою на самом краю света совсем один… на овеваемом ветром песчаном берегу океана, а вокруг тишина, только рокот волн, накатывающих на берег…

Что же надо было сделать Христу, чтобы я пошел за ним, как Петр или Матфей?
Прежде всего хорошо и со вкусом одеться, впридачу к этому иметь густые белокурые волосы.

“Do you understand me when I say I did not wish to rush headlong into experience, that what I’d felt as a vampire was far too powerful to be wasted?”
“Yes,” said the boy eagerly. “It sounds as if it was like being in love.”

Killing is no ordinary act.

"«Ты думаешь, она тоже кукла?» – спросил я и положил ладонь на фарфоровую головку. Мадлен резким движением вытащила куклу из-под моей руки и, упрямо стиснув зубы, посмотрела мне в глаза.
«Ребенок, который никогда не умрет! Вот кто она для меня», – она выговорила это как заклинание.

И я увидел - вот мои подлинные божества, те же, что у всех: пища и деньги, безопасность и комфорт...Прах земной.

Это смерть. Она не страшна нам. Наши тела всегда будут такие, как теперь, свежие и здоровые. Но мы должны не задумываясь нести смерть другим, потому что от этого зависит наша жизнь.

Обитатели дома знают меня уже лет сто и считают обычным привидением. Поэтому если они вдруг заметят тебя или ты сам увидишь их через окно, веди себя так, будто ничего не случилось, не разочаровывай и не смущай их.