Город и звезды

Судите меня по делам моим, хотя их и не много, а не по словам, пусть они и изобильны.

В городе - десять миллионов человек, подумалось Олвину, и тем не менее не найдется ни одной живой души, с кем бы он мог поговорить по-настоящему.

Инстинктивная способность отыскивать выход из самых запутанных лабиринтов была еще одним из достижений человека, которых он добился с той поры, как начал жить в городах.

Но стабильность - это еще не все. Она очень легко ведет к застою, а затем и к упадку.

"Краткая точность робота порой может привести в отчаяние, ничуть не менее глубокое, чем многословие некоторых людей"

Ты спросил - "что?", поэтому я начну с ответа на вопрос - "почему?"

Несмотря на всю разницу этих культур, они возникли из единого корня и питались теми же иллюзиями. Они обе станут здоровее, когда еще раз спокойно и пристально вглядятся в свое утраченное прошлое.

Здесь проходил барьер, который отъединял его от всех остальных граждан Диаспара и который мог обречь его на жизнь, полную отчаяния. Ему-то, сколько он себя помнил, всегда хотелось выйти наружу — и в реальной жизни, и в призрачном мире приключенческих саг. А в то же время для любого и каждого в Диаспаре «наружу» означало совершенно непереносимый кошмар… Если в разговоре можно было обойти эту тему, ее никогда даже не затрагивали: «наружу» — означало нечто нечистое и исполненное зла.

Когда реальность оказывалась для человеческого духа угнетающей, люди всегда пытались найти утешение в мифах.

Человек стремится к красоте во множестве форм: в последовательности звуков, в линиях на бумаге, в поверхности камня, в движениях тела, в сочетаниях цветов, заполняющих некоторое пространство.

Мы склонны полагать, что обладали свободой воли, но можем ли мы быть в этом уверенны?

С самого начала он инстинктивно почувствовал, что Олвин -- исследователь, а все исследователи ищут что-то такое, что ими утрачено. Они редко это находят, и еще реже достижение цели приносит им радость большую, чем сам процесс поиска.

Невидимые часовые, однако, позволили Олвину войти, и, когда Диаспар распростерся перед ним, он понял, что все-таки вернулся именно домой. Как бы ни призывала его Вселенная со всеми своими тайнами, именно здесь он родился и тут было его место. Он всегда будет им недоволен и тем не менее всегда же будет сюда возвращаться.. Ему нужно было добраться до центра Галактики, чтобы уяснить себе эту простую истину.

Глупо было рассуждать и строить пирамиды предположений на фундаменте невежества.

Нет более строго уважаемого права, чем право на личные мысли.

Дорогу, открывшуюся один раз, нельзя закрыть вновь простой резолюцией.

Как приятно видеть цветные тени на планетах Вечного света!