Цитаты из книги Военная тайна

А она думала о том, что вот и прошло детство и много дорог открыто.

Летчики летят высокими путями.

Капитаны плывут синими морями.

Плотники заколачивают крепкие гвозди, а у Сергея на ремне сбоку повис наган.

Но она теперь не завидовала никому. Она теперь по-иному понимала холодноватый взгляд Владика, горячие поступки Иоськи и смелые нерусские глаза погибшего Альки.

И она знала, что все на своих местах и она на своем месте тоже. От этого сразу же ей стало спокойно и радостно.

-папа у меня русский, мама румынская, а я какой?
-Советский.

Это такой народ... Ты им сунь палец, а они и всю руку норовят слопать. Такая уж ихняя порода.
-Какая порода?
-Как какая? Мальчишка-то прибегал - жид? Значит, и порода такая!

Вон под горою какой-то дом. Вон за горою какая-то вышка. Вон там, в овраге, что-то стучит. Вон под ногами у нас кривая тропка. Что за дом? Что за вышка? Кто стучит? Куда тропка? Гайда, Толька! Все спят, никого нет, и мы все разведаем.

— Ты откуда? Вас сколько приехало? — спросила Натка у неповоротливого и недогадливого паренька. — Из-под Тамбова. Один я приехал, — басистым и застенчивым голосом ответил мальчуган. — Из колхоза я. Меня в премию послали. — Как в премию? — не совсем поняла Натка. — Баранкин моё фамилие. Семён Михайлов Баранкин, — охотно объяснил мальчуган. — А послали меня в премию за то, что я завод придумал. — Какой завод? — Походный, фильтровальный, — серьёзно ответил Баранкин...

... а что, если мы спустимся, вдруг обвалился башня и останемся мы с тобой запертыми в подземных ходах? Я где-то такое читал. Сначала они свечи поели, потом башмаки, потом ремни, а потом, кажется, и друг друга сожрали. Очень интересная книга.