Автобиография

Считают суровым то правительство, которое взимает у народа одну десятую долю от его времени на свою службу. Но Леность облагает многих из нас податью куда большей, если учесть все, что потрачено из чистой праздности или ничегонеделания, прибавив к этому все то, что упущено на пустые занятия и развлечения, - а стало быть, напрасно. Праздность приводит к болезни и неизбежно укорачивает жизнь. Праздность, словно ржа, поглощает скорее, чем Труд изнашивает, между тем, как говорит Бедный Ричард, потертый ключ всегда блестит. И если ты любишь жизнь, то не расточай времени, ибо оно суть материал, из которого сделана жизнь.

Налоги и вправду чрезвычайно обременительны, и если бы те, что назначены нам правительством, были единственными, которые надлежит выплачивать, то с ними расплатиться было полегче, но есть и другие, значительно более тяжкие для некоторых из нас. Нас облагает вдвое большим налогом наша Леность, втрое большим – наша Гордыня и вчетверо большим – наша Глупость. И от выплаты этих налогов нас не освободит торговый уполномоченный и не назначит нам налоговой льготы. Однако давайте прислушаемся к доброму совету, и он поможет нам справиться: «Бог помогает тем, кто сам приходит себе на помощь».

В самом деле я понял, что неисправим в том, что касается Порядка, и теперь, когда я состарился и моя память стала хуже, я страдаю от его недостатка. Но в целом, хоть я и не добился совершенства, которым так тщился обладать, и сломался далеко до цели, все же в стремлении своем я был лучшим и счастливейшим человеком, нежели в том случае, если бы не стал и предпринимать такой попытки. Я был подобен тем, кто, добиваясь совершенства в письме, подражают гравированным копиям, и, хотя они никогда не достигнут изящества этих копий, почерк их улучшится, благодаря стремлению, и будет вполне сносным, если останется гладким и разборчивым. Неплохо было бы, если б мои потомки познакомились с этой маленькой уловкой, которой, с благословенья Божия, их предок обязан постоянным своим преуспеянием в жизни, вплоть до своего 79-го года, на котором я пишу эти строки. Какие превратности можно ожидать в дальнейшем – одному лишь Провидению известно, но, если они явятся, воспоминание о былом счастье должно помочь мне снести их с пущим смирением.

Библиотека предоставила мне возможность постоянно совершенствоваться в учении, на которое я выделял час или два ежедневно и таким образом восполнял недостаток образования, которое в свое время намеревался дать мне отец. Чтение было единственным развлечением, которое я себе позволял. Я не тратил времени на таверны, игру или иные увеселения, и мое усердие в делах оставалось столь неустанным, сколь это было необходимо. На мне был долг за мою типографию, мне предстояло дать образование детям, также я должен был соперничать с двумя другими печатниками, обустроившими свое дело прежде меня. Обстоятельства, однако, складывались для меня с каждым днем все лучше. Моя изначальная привычка к бережливости оставалась неизменной.