Принцесса Брамбилла

Всякий, гласит одна книга, полная глубокой житейской мудрости, кто наделен хоть некоторой долей фантазии, непременно страдает помешательством.

Лишь в ту минуту, как человек падает, во весь рост выпрямляется его подлинное "я".

Мысль разрушает представление

Кружись живей, быстрей вертись, мой весёлый, бешеный танец! Ах, с какой стремительной быстротой всё проносится мимо! Без отдыха, без остановки! Множество разноцветных фигур взлетают ввысь и, подобно рассыпавшимся в воздухе искрам фейерверка, исчезают в тёмной ночи! Радость мчится в погоне за радостью, но не может её догнать, и в этом опять-таки состоит радость. Что может быть скучней, чем оставаться прикованной к земле, отдавая себе отчёт в каждой мысли, в каждом слове?

Блаженство по земле рекою льётся
И к небу устремляется, как птица.
Но с нами королева остаётся!

Пока ей сладкий сон небесный снится,
Она на землю медленно ступает.
И сущность бытия от небылицы
Себя познавший в смехе - отличает.

И гений осознал свою причастность
К тем тайнам мира, что теперь раскрыла
Волшебная иголка чародея.

И вообще он, по его мнению, очень хороший, порядочный человек; у него есть единственный, правда большой, недостаток: он слишком часто впадает в аллегорию, чем сильно вредит себе.

Как всегда бывает, - стоило человеку уйти, и о нём тут же заговорили...

Нет ничего проще, как стравить директора театра с драматургом, чтобы, накинувшись друг на друга, они в лютой борьбе пожрали один другого, подобно тем двум львам, от коих на месте битвы остались лишь хвосты - страшные памятники свершившегося убийства.

- Всё это, - сказала старуха, захлопнув книжку и сняв с носа очки, - очень красиво и приятно сказано; но Боже великий, как много слов понадобилось, чтобы только и сказать, что нет ничего милей, а для мужчины с душой и разумом ничего привлекательней, чем красивая девушка, которая сидит задумавшись и строит воздушные замки.

... Ибо если принц и в самой деле её любит, то совершенно непонятно, почему он давно уже не посетил свою милую в её квартирке: обычно принцы в этом деле промашки не дают.

Враги опять крепко обнялись, плача, рыдая, растроганные возвышенностью своего поведения, и снова злобно напали друг на друга.

После жаркой грозной схватки дуэлянтам пришлось отдохнуть. Взгляды их встретились, и вместе с яростным пылом сражения в них вспыхнула такая любовь, что они бросились друг другу в объятия и зарыдали.
После этого бой возобновился с удвоенной силой и искусством.

Послушайте, мой друг, если вы действительно узнали во мне белого мавра, то вам должно быть ведомо, что я герой и рыцарь не хуже всякого, и только подлинная галантность побудила меня расхаживать тут в небесно-голубых штанах, розовых чулках и белых башмаках. Ибо таков бальный наряд по моде короля Артура.

О свобода, бесценная свобода, кто тебя больше ценит, чем несчастный, сидящий в клетке, пусть даже золотой?

- Министры... Коллеги... Друзья... Пожалуй, маг был прав, обозвав нас... ну да ладно, кто бы мы ни были...

Министру может пригодиться разум,
Но вам, ослам, и разум не поможет.

- Великий Гермод! Ты, вероятно, знаешь заранее всё, о чём я собираюсь сказать тебе. Но чтобы ты знал, что и я об этом знаю, я должен говорить.

Вы всё тот же; так привыкли от всего приходить в экстаз, что превратились в ходячую, нудную трагедию с невыносимо скучными ахами, охами и увы!