Цитаты из книги Избранное

С чем боги в королях мирятся, что приемлют. То в низкой черни гневно отвергают.

"Трагедия о Феррексе и Поррексе"

Есть секреты, которые не позволяют себя рассказывать.

Perdidit antiquum litera prima sonum*

Утратила былое звучание первая буква (лат.)

Теперь уже никто не сомневался, что это Красная смерть. Она прокралась, как тать в ночи. Один за другим падали бражники в забрызганных кровью пиршественных залах и умирали в тех самых позах, в каких настигла их смерть. И с последним из них угасла жизнь эбеновых часов, потухло пламя в жаровнях, и над всем безраздельно воцарились Мрак, Гибель и Красная смерть.

Даже в могиле не все исчезает. Иначе не было бы бессмертия.

Но я уже сказал, что это было одно из тех зыбких подобий, которые часто рождаются в человеческом сознании и гибнут в самом зародыше. Я ощущал радость и надежду, но я ощущал также, что они увяли, не распустившись.

Негодяем человек обычно становится постепенно.

То была леденящая, ноющая, сосущая боль сердца, безотрадная пустота в мыслях, полное бессилие воображения настроить душу на более возвышенный лад.

Падение его будет столь же стремительно, как и комично. (...) я думаю, что идти вверх всегда легче, чем вниз...

Зато я видел - и с какой преувеличенной ясностью! Я различал губы судей. Они казались мне белыми - белее бумаги, на которой я пишу, - и неестественно тонкими, тонкими до уродливости, вследствие выражения твердости , непреклонной решимости, угрюмого презрения к человеческим мукам. Я видел, что губы эти еще решают судьбу мою, искривляются, произносят мой смертный приговор.

Безусловно, иные сочетания самых простых предметов имеют над нами особенную власть, однако постичь природу этой власти мы ещё не умеем.

В глубокомыслии легко перемудрить. Истина не всегда обитает на дне колодца. В насущных вопросах она, по-моему, скорее лежит на поверхности.

Излишней вдумчивостью мы усложняем работу мысли и ослабляем ее.

"За недостатком обыкновенных средств, аналитик анатомирует мысли своего противника и часто внезапно находит единственное средство - иногда до глупости простое - втянуть его в ошибку или неверный расчёт."

«Смерть, — думал я, — любая смерть, только бы не в колодце!»

Свободен! И в тисках инквизиции! (...). Свободен! Я всего лишь избегнул одной смертной муки ради другой муки, горшей, быть может, чем сама смерть.

Чрезвычайно странная фигура на одном из них приковала мое внимание. Это была Смерть, как обыкновенно ее изображают, но только вместо косы в руке она держала то, что при беглом взгляде показалось мне рисованным маятником, как на старинных часах.

Мне мучительно хотелось оглядеться, но я не решался. Я боялся своего первого взгляда.

Подобно тому,как атлет гордится своей силой и ловкостью и находит удовольствие в упражнениях,так аналитик радуется любой возможности что-то прояснить или распутать.

Кто внимательно наблюдает, тот отчетливо и помнит