Рецензия на книгу

• 

  julichkaa29 мая 2018 г.

  Счастье - это родные, горячие руки, которые никогда тебя не выпустят, не уронят, даже если перевернулся весь мир.

  Обожаю, когда женщина владеет крепким словцом, но чтобы не вульгарно. Вы только послушайте:

  
  «Он вырос в нищете — не в честной протестантской бедности, где все выбиваются из сил ради трудовой копейки, но все равно находят и мужество, и время, чтобы выскоблить добела пол на кухне и начистить кирпичной крошкой медный кофейник, а именно в нищете — жуткой, грязной, липкой, безнадежной русской нищете, которая так любит визгливо сетовать на Бога и так же визгливо на Него уповать…»

  Слышите этот голос? Как-будто заправская тетушка, такая говорит тебе, садись сейчас расскажу историю, закачаешься. И ты садишься и начинаешь завороженно слушать. Вся книга такая. Я читала, а слышала этот густой, крепкий, но женский голос.
  Долго отталкивало и притягивало название. Начитавшись хвалебных отзывов, я точно решила ее прочитать, но вот это пресловутое «женщины Лазаря», как будто вещи, принадлежавшие кому-то, заставляло затягивать. Как же здорово, что я ошибалась (да, это может приносить радость), это не любовницы и не вещи, Боже упаси, это Женщины. Любимые, разные, роковые.
  Три судьбы, переплелись в одну толстенную косу, не смотря на разные, если не эпохи, то времена. Венчал их всех Лазарь, как резинка для волос косу.
  

  
  — А вы, собсно, куда, молодой человек? — пропела она тоном, не предвещавшим ничего хорошего. — Вы же, кажется, даже не член ученого совета?
  — Совершенно верно, Лидия Борисовна, — любезно согласился Линдт. — Я не член ученого совета. Я его мозг.

  Лазарь Линдт – гений, прекрасно это осознающий. До одури Дон-Жуан, и до одури любивший Женщину. Одну. Недоступную, но такую родную и близкую. Это как, когда ищешь это лицо в толпе, в других женщинах и не находишь. Однажды, правда, может показаться, что нашел, но обознался. И этим опрокинул вроде всего одну костяшку домино, а полетела вся цепь. Цепь опрокинутых судеб.
  Смачно, сочно, временами жестко, временами мягко. Каждая Женщина Лазаря особенная, у каждой своя боль в сердце, с которой справляются тоже по-своему.
  Так и хочется в конце сказать, тетя Марина, спасибо за историю, за слезы на глазах, за восторг. Но нет, какая тебе тетя, Марина Львовна! Мы ведь не знакомы, хотя когда закрываешь книгу, не верится.

  53

  2,1K